Мэйсон находится на другом конце лестничной клетки. Он наблюдает за мной, и впервые мне рядом с ним некомфортно. Я во что-то вляпалась и понятия не имею во что. Но, кажется, то немногое, что я услышала, на самом деле таит в себе очень многое.
Мэйсон не отступает, когда я приближаюсь к нему. Его плечи напряжены, вся его поза какая-то стесненная. Сегодня я не слышу от него подколок. И не вижу его ухмылки. И взгляд у него не такой, как обычно…
– С тобой все в порядке?
Я серьезно. Мне хочется узнать. И не для того, чтобы над ним посмеяться или подразнить его.
– Подслушивать – твое новое хобби?
Я чуть не вздрогнула от неожиданно резкого и холодного тона.
– Что, прости? – недоумевающе переспрашиваю я. Поздравляю, Мэйсон, я волновалась ровно за две с половиной секунды до того, как ты облажался.
– А что ты услышала?
Я не отвечаю на его вопрос.
– Если ты не хочешь, чтобы твои разговоры кто-либо услышал, не веди их в коридоре. Так что не вешай вину на меня – за что бы то ни было.
– Энди еще спит.
– Не беспокойся, я найду, чем себя занять, пока она не проснется. Или ты намекаешь, чтобы я ушла? Говори, не стесняйся, Мэйсон.
Мы стоим почти нос к носу, и я так злюсь на него! Как он может меня обвинять из-за того, что у него тут с кем-то сомнительные разговоры? В коридоре. С кем-то, кто по-настоящему похож на него и…
– Это был твой отец? – бормочу я гораздо снисходительнее, чем чувствую себя сейчас, и на мгновение на лице Мэйсона появляется изумление, прежде чем он наконец отступает и освобождает проход.
– Энди в своей комнате. – Он пытается развернуться и уйти, но я подскакиваю к нему.
– Мэйс, черт возьми. Поговори со мной, – требую я, цедя сквозь зубы. – Что случилось? Это был твой отец. У тебя проблемы?
Я почти ничего не знаю о его семье. Только то, что его отец – магнат бизнеса и недвижимости и связан с высшим обществом страны. Это все. Я никогда не интересовалась. До сих пор.
– Что будет на следующей неделе и о чем ты подумаешь?
– Значит, подслушала.
– Черт возьми, нет! Я случайно как раз в это время вышла из лифта, ясно? И теперь я волнуюсь.
Я действительно беспокоюсь, хотя и не знаю, почему.
Мэйс коротко, даже холодно смеется. Он потирает рукой грудь, как будто у него заболело сердце.
– Ты никогда не волновалась за меня. Не нужно начинать сегодня.
Я безмолвно стою и смотрю на него. На этого мужчину передо мной, которого я не узнаю. Во рту становится очень сухо, а в груди – тесно.
– Пожалуйста, – добавляю я и мысленно проклинаю себя за это.
На мгновение я верю, что он ответит мне или снова превратится в человека, которого я знаю. Но этого не происходит. Не говоря ни слова, не взглянув на меня, он отворачивается и уходит.
– Ну и кто сейчас боится, Мэйс? – шепчу я, и я знаю, что он услышал. Я прекрасно понимаю, что он меня понял. Он замирает и останавливается, совсем ненадолго, но этого достаточно. Да, более чем достаточно…
Затем Мэйс исчезает в своей комнате, и мне каким-то образом удается наконец закрыть входную дверь.
Задумавшись, я иду к комнате Энди и прохожу мимо Купера, который работает в этот момент над одним из своих рисунков.
– Привет, Джун.
Я несколько раз молча хлопаю глазами и реагирую с опозданием:
– Привет.
Я смотрю себе под ноги. Черт, я забыла снять обувь.
– Отец Мэйсона еще здесь?
Так, значит, я была права. Чувствуя подступающий комок в горле, я просто качаю головой и иду дальше, слыша, как шуршит кресло-мешок под Купером, который что-то невнятно напевает.
Мне все равно. Я не хочу ничего знать.
Когда я оказываюсь в комнате Энди, Носок радостно спрыгивает с кровати и приветствует меня, виляя хвостом. Энди действительно все еще крепко спит. Я завидую этой ее способности – так можно меньше беспокоиться.
Вздохнув, я падаю на ее пушистый ковер, снимаю туфли и чешу Носка за ушами.
Я с нетерпением ждала отличного вечера с моей лучшей подругой, чего-то веселого и расслабленного. Раунд «Эрудита» с несуществующими словечками, которые сводят Энди с ума. Немного подшучивания над Купером и Диланом – кстати, я не знаю, вернулся ли он из отпуска, который проводил дома.
И, может быть, я также с нетерпением ждала небольшого обмена подколами с Мэйсом… безобидно и дружелюбно… А теперь у меня есть мешок попкорна, спящая Энди, и я больше не хочу играть в свою любимую игру.
Может, мне пойти домой и дать Энди поспать? Буду держаться подальше от Мэйсона. Достаточно того, что завтра мы, наверное, увидимся на работе. Завтра, послезавтра и в другие дни.