— Это и есть лучший защитник девушек, попавших под обстрел? — проворковала она нежным голоском.
— Да, — промямлил он и подумал, что ни одна из киношный наяд не сравняется со сногсшибательной Дианой. Она ему улыбалась, смотрела своими пронзительными глазищами, а он разглядывал ее. Надо признаться, это было стоящее занятие. На ней было с килограмм шубки и серебристое с голубым отливом платье, у которого ни бретелек, ни спины, от которого вообще не было никакой пользы в смысле одежды. Оно и к лучшему. Швырнув на кровать крохотную сумочку, Диана кинула поверх нее птичий мех.
Эту девушку природа явно не обделила своим вниманием. Игорь стоял и все пялился на нее, пока она не спросила:
— Долго ты будешь меня держать под прицелом?
— Ох, прости. Садись. Вот кресло. Ты застала меня врасплох. Это что за костюм? Наряд дриады или наяды?
— Владычицы морской. У меня уже во рту пересохло отвечать на этот вопрос.
Игорь предложил выпить.
— Нет, нам пора идти в главный корпус, в «Глобус».
— Как скажешь, — улыбнулся он. Если бы она настаивала, он бы кинулся в кипящую лаву.
«Глобус» поразил его дизайнерское воображение. Ни снаружи, ни внутри не было углов, пол, стены, потолок перетекали одно в другое, сияя свежей отделкой. Вдоль стен в продуманном беспорядке были расставлены напольные вазы с цветами, диванчики и небольшие столики. Диана то и дело поглядывала в стены и поправляла прическу.
Только они двинулись в указанном направлении, как со всех сторон, как будто из сияющих стен, полилась музыка. Какой-то человек улыбнулся, махнул рукой и обогнал их. Диана отбивала такт ногой и еще многими частями своего тела.
— Потанцуем? — предложила она. — Мы ведь выдержали испытания и, мне кажется, на «отлично».
Игорь видел много девушек разных форм и размеров, одетых, обнаженных и в крошечных бикини. Нельзя сказать, что ему было известно о девушках почти все. Но эта и сейчас сразила его наповал, оглушила. Он упивался ее видом, как человек, умирающий от жажды, упивается родниковой водой. Он ласкал ее взглядом и пытался запомнить каждую черточку. Сам поражался, откуда у него берутся такие мысли.
Ему пришлось прокашляться еще раз:
— Ох… да, выдержали. Хотя я пока не судья. Эх, да что там!
Она повихляла бедрами, он опять прокашлялся, и они закружились в танце, главным образом работая не ногами, а телом. После недавних приключений могли отплясывать даже на карусели.
— Диана… Диана… — бормотал он.
— Игорь, Игорь, — усмехалась она.
— Диана, все непросто! Вы — часть моей жизни, часть меня самого.
Она даже приостановилась, пораженная, затем продолжила танец. Смотрела на него изумленно.
— Диана! Вы — везде и во всем. На реке, в облаках, на свету и во тьме, в ветре, в лесу, на улицах. Вы воплощение всех прекрасных грез, какие рождало мое воображение. Как прочны камни самых крепких зданий, так же крепко и нерушимо живет в моей душе ваш образ и в прошлом, и теперь, и навеки. Диана, до моего последнего вздоха вы останетесь частью меня, частью всего, что во мне есть хорошего…
«Это что, так и непрочитанный монолог Одиссея? — хотела спросить Диана, но взглянула в его глаза и прикусила язык. — Мамочка моя, ведь за всю жизнь никто и никогда не говорил со мной такими словами. Какой же он замечательный!»
Они и не подозревали в этот момент, что от романов «Ольги Страстиной», часто испытываемых на друзьях и знакомых, иногда есть какой-то толк.
Глава 15. ВСЕ СТАНОВИТСЯ ЯСНЫМ
На следующее утро Игорь вернулся домой в самом радужном настроении. Не успел он принять ванну и выпить чашечку кофе, как с порога комнаты раздался веселый голос Богдана:
— Прекрасно! Приятно проводите время, Мишин И.В., а монстра должен ловить я?
— Ты его поймал! — обрадовался Игорь. — Постой, а как ты вошел?
— Дверь была открыта.
Игорь покраснел. Да, в нем все больше укоренялся беззаботный дизайнер, начисто вытесняя осторожного служителя Фемиды.
— Ну, ладно, ладно… Ты его поймал?
— Ну что ты, я на это не имею право. Дела о похищении людей и покушениях на убийство — это не для частного сыска. Так что я вовремя остановился и предоставил действовать официальным блюстителям порядка и законности. К тому же произошло столько случаев так называемого хулиганства в шкуре монстра, что это трудно стало называть грубыми шутками.
— И кем же оказался мохнатый?
— А тебя не интересуют те, кто его посылал? Вот. Читай. Смотри. Наши репортеры успели везде.