— Как там погода? — спросила она. — Жарко?
Анита созерцала бренди «Александр».
— Да. Даже чересчур. Раньше я не бывала в Пуэрто-Рико летом, так что все время сидела в тени или там, где были кондиционеры.
Анита рассмеялась, но как-то кисло.
Наверное, она сгорает и облезает, подумала Лу, так что не любит тех, кто быстро и красиво загорает.
— У меня очень нежная кожа, — добавила Анита. — Мне не повезло.
— Понимаю.
Впервые их глаза встретились, и Лу поразила мысль, что Анита лжет. Девушка явно летала делать аборт и как-то хочет, чтобы Лу это поняла.
— Жаль, что вы не отдохнули, — сказала Лу, думая о том, что, если бы она сделала аборт в семнадцать лет, дочь не осложняла бы ее жизнь, но тогда и Дэвида могло бы не быть.
Анита пожала плечами, и на глазах у нее блеснули слезы, или Лу это показалось.
— Ладно, — сказала Лу, выдав одну из своих лучших профессиональных улыбок, — давайте сделаем заказ и займемся делом.
— Я буду салат из омаров, — ответила Анита, не заглянув в меню. — Это вкусно.
К ужасу Лу, в меню не было ничего, кроме салатов. В Дубовой комнате, в задней части ресторана, сидят мужчины и поглощают сочное мясо, а она, только потому что женщина, должна сидеть здесь и жевать всякие листочки.
— Я тоже возьму салат из омаров, — сказала Лу, мечтая оказаться в нормальном ресторане вместе с Дэвидом, а не сидеть в чайной гостиной с тупой стюардессой, чья жизнь недавно была разрушена уже в пятнадцатый раз, не меньше.
Интервью пошло неплохо. Анита оказалась умнее и веселее, чем сначала показалось Лу.
— Наша новая форма функциональнее, чем кажется, — говорила Анита. — Брюки-юбка очень удобны, чтобы выкатиться из самолета в критической ситуации.
— Выкатиться?
— Вы можете сказать «выскользнуть». В критической ситуации надо выпрыгнуть на длинный надувной трап и соскользнуть по нему на землю. Слава Богу, мне пришлось делать это только дважды. Первый раз, когда мы еще носили форменные юбки. Помню, она завернулась до самой шеи. А во второй раз я чувствовала себя женщиной.
— Ужасно. Кто-нибудь пострадал?
— В первый раз никто. А во второй пожилой мужчина сломал ногу на трапе. На это очень смешно смотреть со стороны, но беда в том, что самолет в любую секунду может взорваться, а все пассажиры в панике.
— Представляю их состояние.
— Но если не брать этого в расчет, большинство девушек не в восторге от новой формы. В ней что-то от Бэтмена.
Лу записала все это. И вдруг, к своему удивлению, услышала слова Аниты:
— Вы работаете с Питером Нортропом, правда?
— Да. — Лу с интересом смотрела на нее. — А почему вы спрашиваете?
— Его жена дружит с моей подружкой, и она как-то упоминала, что ее муж работает в «Тряпье». Какой он? Она — жуткая.
— Правда? А что в ней жуткого?
Анита вспоминала обо всем, за что невзлюбила Беверли с самого начала, и самое главное, о том, что подозревала, будто Роберт продолжает с ней встречаться, хотя и отрицает это.
— Не вдаваясь в детали, — сказала Анита, — она все-таки сучка. Они разошлись?
— Да, насколько я знаю.
— А что вы о нем думаете?
— Ничего, — резко сказала Лу. — Гнилая скотина.
Анита солидарно улыбнулась.
— Я так же говорю о парне, которого люблю. Тоже скотина.
Несомненно, скотина виновата в твоем аборте, подумала Лу.
— Как же вы можете его любить?
— Если подумать, то все мужчины скоты, правда?
Лу сочла забавным, что сидит со стюардессой, которую готовили ублажать мужчин, быть вежливой, улыбаться, а в личной жизни она не стесняется признаться, что улыбается своему естественному врагу. На память ей пришли слова Симоны де Бовуар: «Сталкиваясь с мужчиной, женщина всегда играет». С такой психологией де Бовуар стала бы великой стюардессой.
— Я не согласна с вашим мнением обо всех мужчинах. Так же, как нельзя говорить обо всех женщинах, — сказала Лу. — Я думаю, что так нельзя обращаться с людьми. Вы смешиваете всех в одну кучу. Надо подходить индивидуально, иначе можно промахнуться.
— Рассказывайте, — странно улыбнулась Анита. — А почему вы так не любите Питера Нортропа?
— Он не очень приятный человек. Вы удовлетворены?
Потом Анита удивлялась, как у нее хватило духа спросить:
— Не то что Дэвид Сверн?
Лу оледенела, услышав из уст незнакомки имя Дэвида, ею овладели страх и в то же время некоторое уважение к Аните, которая взяла верх над ней.
— Кажется, вы много обо мне знаете, учитывая, что мы никогда не встречались, — сказала Лу. — Или я ошибаюсь?