– Давайте, - безразлично ответила Эриса. Она слышала о подобных вещах, но никогда прежде не видела эти трубки. Сейчас стануэсса была попросту опустошена и готова была принять все, даже если ей предстоит задохнуться этим дымом. Она выслушала Гюи о том, как пользоваться трубкой. Взяла губами узкий кончик и вдохнула дым, едва не закашлявшись. Сизая ароматная струйка вырвалась изо рта Эрисы. Уже после второго вдоха она почувствовала легкое головокружение.
– О том, что ты поимел меня… - она сделала затяжку еще и ее пронял кашель, а в голове стало звонко. – Что ты поимел меня как шлюху, об этом кто-нибудь узнает? – Диорич пристально посмотрела на Гюи. Теперь ее глаза казались не голубыми, а серыми и строгими.
– Для первого раза больше не надо, - предостерег ростовщик, забирая курительный прибор и размышляя: «Эта женщина не так проста, как кажется поначалу. В ней словно живет другая Эриса, вовсе не такая мягкая и беззащитная». Сам же спросил: – Ты боишься гнева господина Дженсера? Так его нет… пока. И повторяю обещание: я приложу все усилия в его поиске. А лично тебе, милая госпожа Диорич, не посмею сделать ничего плохого. Клянусь перед богами. Да, в делах я бываю опасным и очень циничным, но я никогда не делаю плохо своим друзьям и людям, доверившимся мне. У меня есть свои твердые принципы. К счастью, они гораздо более твердые чем иногда бывает мой член. Как я понял, он тебя немного разочаровал? Так вот мои принципы… Они есть. Именно поэтому мне доверяют самые влиятельные люди этого города. Ты хочешь быть в числе моих друзей? – он обнял ее, пальцы бесцеремонно протиснулись между ее ног.
- Не надо этого сейчас! – она резко оттолкнула его руку.
- Так хочешь? – повторил вопрос Лураций, потягивая ароматный дым из трубки. – Хочешь стать моим другом?
- Другом? Это так теперь называется? – Эриса усмехнулась, поправляя платье. - Я хочу скорее найти Дженсера, а что будет потом знают только боги.
- И я очень постараюсь помочь в поисках Дженсера. Можешь положиться на меня, - ростовщик взял ее ладонь, сжав с большим теплом и разглядывая красивое лицо арленсийки, на котором еще блестели следы слез. – Не хочу, чтобы эти светлые глаза когда-нибудь плакали из-за меня. Пожалуйста, позволь небольшую вольность.
Он обнял арленсийку и прижался к ее губам своими. Стануэсса ответила несколько несмело, как в тот вечер после красного чая, но потом ее губы стали мягче и смелее. Она снова начала с ним целоваться.
- Все хорошо, правда? – спросил Лураций, когда она чуть отвернулась.
- Да, мой друг, - последнее слово Эриса произнесла с явной насмешкой.
В этот момент послышались голоса на лестнице и приближающиеся шаги.
- Господин Гюи, прошу прощения… К вам сам господин Кюрай Залхрат! – быстро выпалил щупленький парень в синем камзоле, тот самый, который подавал апельсиновый сок. Слуга выглядел явно встревоженным, взгляд его метался между Эрисой и хозяином.
Прежде, чем ростовщик успел отойти на шаг от стануэссы и что-либо ответить, в комнату вошел крупный мужчина средних лет. Осанка, манеры выдавали в нем человека основательного и властного. На смуглом лице живо сияли крупные карие глаза. И когда эти глаза вдруг заметили Эрису, в них тут же вспыхнули янтарные искорки интереса, при этом левая бровь вошедшего удивленно надломилась.
- Ах, какие прелестные гости у вас, Лураций, - пробасил он, разглядывая арленсийку. – Как же я не прав, что так редко заглядываю к вам?
- Господин Гюи, выдайте мои деньги и пойду. В самом деле, время уже! – проговорила стануэсса, пропуская вошедшего и направляясь к двери.
Учитывая то, что Лураций не соизволил полностью одеться, а на столике стоял почти допитый бокала вина, второй валялся на полу, не требовалось много ума, чтобы заключить, что здесь происходило. И если этот нежданно ворвавшийся гость по имени Кюрай, начнет знакомиться, то ростовщик вполне мог ляпнуть не только ее имя, но и ее арленсийский титул. А этого следовало избежать. Слухи, особенно дурные очень быстро долетают до Арсиса и потом смакуются во дворце, обрастая самыми неприятными домыслами.
- Но, постойте! – взмолился Кюрай.
- Ни минуты! – рассмеялась Эриса. Она рассудила, что лучше, если их общение прервется именно сейчас на игривой, но очень решительной нотке. – К тому же я вас боюсь. Вы такой внушительный мужчина! Счастливо оставаться!
- Госпожа ээээээ… - начал было Лураций.
Это «эээ… » оказалось очень уместным. Эриса быстро среагировала, чтобы использовать его с пользой: