— Пойдем. Скорее всего, приходить тебе сюда придется очень не часто. Нависы на нашем заводе не производят. — Затем потупил взор и произнес как бы оправдываясь: — Их вообще редко заказывают. Они же не ломаются никогда. — Его взгляд пустеет. — А если по правде, то я просто не знаю знака. Пойдем, покажу малый зал выдачи.
В этот раз он пользуется платформами перемещения.
— А вот тут, я надеюсь, ты будешь частым гостем.
Мы находимся в уменьшенной копии главного зала. Хотя, привыкнув к яркому освещению после полутьмы коридоров, понимаю, что далеко не копия, совпадает только форма помещения. Отличий много: нет знаков на стенах, пол выложен мозаичным панно — идеально подогнанные куски неизвестного материла различной формы рисуют на нем непонятную картину. Тускло светящиеся линии расчерчивают комнату на множество неравных секций. Да и по размеру раза в четыре меньше оно, чем зал, в котором меня вчера чуть не принесли в жертву.
— Это тоже комната выдачи. Она находится прямо под залом заказа. Именно здесь появляются заказанные мной… чтецами вещи. — Вот оно как. — Все, что сюда не помещается, переправляется вниз, где мы только что были. Но это редко. Чем больше предмет, тем больше тратится энергии на него. А энергия — это деньги. — Судя по всему, для него это постулат, не требующий объяснения. — Платформа, которая переносит в большой зал, тут недалеко.
Чем дальше, тем больше в его объяснениях непонятного. Зачем такое разделение площадок? Почему все сделано так и не иначе? Но за размышлениями не забываю следить за дорогой. И правда, «лифт» оказался совсем близко, буквально за поворотом.
— И это все, что ты хотел мне показать?
Что, это вся экскурсия? Стоим в центре зала заказов.
— Для работы — да, больше ничего не понадобится. А в остальном не хочу тебя лишать права на поиск. Это так здорово, бродить тут и думать, что откроешь какую-то тайну!
Пф-ф-ф… Я балдею с этой детской непосредственности. Тайны, загадки, которые можно решить, просто что-то обнаружив. Ага, как же. Но тут вспомнил, как сам ползал на карачках с металлоискателем, надеясь найти придуманный клад. Правда, мне было тринадцать тогда…
— Ну что ж. Давай займемся твоим обучением.
— Давай. — Делано равнодушно пожимаю плечами. Меня что, и правда научат управлять этой громадой? Это же какие возможности и перспективы вырисовываются!!!
Чуть не закапал слюной весь пол. Броню себе сделаю, оружие, а может быть, и корабль… И первый, кого я навещу, когда все это будет у меня, окажется капрал Бид…
— Садись в центр напротив меня. — Салис показывает пример, усаживаясь прямо на пол, скрестив ноги в позе лотоса. — Давай попробуем узнать, что ты сможешь прочесть. Не расстраивайся, если ничего не получится.
— Как пробовать-то?
— Расслабься. Закрой глаза. Успокой дыхание. — Я одно время занимался йогой, и делать то, что говорит мне молодой чтец, нетрудно. — Когда откроешь глаза, не сосредотачивайся ни на одном знаке. Скользи по ним отрешенным взором. — Киваю, давая понять, что понял. — Открывай глаза.
Вначале не происходит ничего. Перетекаю взглядом по мерно ползущим знакам-«фонарикам». Никакого эффекта, просто кругляшки на стенах. Но внезапно как прорывает плотину. И я СЛЫШУ каждый знак, который плывет по куполу. КАЖДЫЙ! Одновременно. Не разобрать в этом тысячеголосом хоре ни единой детали. И ладно бы я их слышал ушами, но нет… Каждый кругляш рвался мне в разум и пытался что-то о себе поведать. Каждый…
— Эй, Дим! Что с тобой? У тебя кровь из носа и ушей идет. Дим!
Но голос Салиса так далек, ему не прорваться через безумную какофонию знаков…
Открыв глаза, вяло наблюдаю за скользящей в небесной вышине темной тучкой. Чувствую, что скоро меня начнет тошнить от этого вкуса. Тьфу, а ведь сперва он казался даже приятным.
— Он пришел в себя! Пришел! — Равнодушно поворачиваю голову немного вбок. Салис с бледным лицом и синими губами подпрыгивает на месте и машет кому-то руками. Что суетится, спрашивается? И как я оказался на этом лугу? Мысли скользят неторопливо, отрешенно.
— Бер… Дим. Посмотри на меня!
Это, кажется, Вим, но мне безмерно лень что-то вообще делать.
Кто-то берет мою голову, обхватив ладонью за затылок, и немного приподнимает. Лицо деда прямо у моего носа. Пусть он уйдет, небо такое красивое и тихое. Как же приятна тишина.
— Очнись! — Удар ладонью по щеке. Вроде по моей, судя по тому, как дергается мое поле зрения. Плевать. Отстаньте от меня все. Но открывать рот и что-то просить выше моих сил. — Очнись ты! — Еще удар.