— Почти. Он запросил чересчур много. Моего влияния недостаточно для того, чтобы сделать финансового инвестора премьер-министром Японских островов. И потом, не сравнивай себя с Мамору. Мы с тобой слишком давно знакомы… — Он многозначительно хмыкнул. — И некоторым образом эксперимент удался благодаря моему участию. Я мог оставить все без изменения, и талантливый бизнесмен Погодин, в прошлом хороший спортсмен, кормил бы червей на пару со своей обворожительной супругой!
— Какой эксперимент? Выражайся ясно, Горан!
— Яснее некуда. Не моя вина в том, что ты тронулся умом. Оно и понятно — не всякий уцелеет после таких испытаний. Новый препарат, не прошел клинических испытаний, возможны побочные явления…
— Туманно говоришь, мой добрый друг. А что будет с Яценко?
Тот кинул испуганный взгляд на Артура.
— Никудышный актер! Дешевка… — презрительно процедил Милич. — Не думай о нем. Это уже не человек, а пыль… Какая все-таки каша у тебя в голове, Артур! Я нарочно выбрал для него облик, отдаленно напоминающий твоего друга юности. Яценко выучил роль назубок. Непросто было свести вас обоих, двадцатый век — длинный, а Петербург — большой город. Но твоя жена оказалась классной приманкой. Я догадался, что ты будешь совершать путешествие с ней вместе, а мой подсадной уже давно болтался в безвременье, поджидая своего героя. Пришлось доставить ему несколько приятных минут — я надеюсь, Ольга Владимировна не внакладе… Дальше — вопрос техники. Этот чокнутый гений Мастер отпускает свои иллюзии на волю случая. Он называет это свободной волей. Каждый вправе выбрать те место и время, куда он хочет попасть. Я не ошибся даже с районом города. Ты обязан был «засветиться» в крохотной точке земного шара, где развлекалась твоя неверная супруга с моей марионеткой.
— Как мне не терпится свернуть тебе шею, Милич! — Лицо Артура побагровело, на шее набухли синие вены. Яценко испуганно отодвинулся к окну.
— Займи очередь, дружок! Древние мудрецы говорили, что величие человека определяется количеством его завистников и врагов.
— Или друзей!
— Дешевый фарс! У тебя был друг — Лившиц. Но встретив похожего парня в иллюзии, ты немедленно заподозрил его в измене. У тебя в голове даже не каша, а бульон! И я слышу, как он закипает. Однако к делу. Ты готов принять мое предложение?
— Хороший торг… — задумчиво ответил Артур. — Черт с ним! Я приму твое предложение, Го Мич, но только если ты мне расскажешь правду. Для чего ты скупаешь все акции HR? Это ведь обычная фармацевтическая компания!
— Много думаешь. — Юношеский голос звенел от напряжения. — Время принятия решения. Или ты завтра в девять утра в моем офисе, или…
— Или что? — вкрадчиво спросил мужчина. — Мои акции тебе не получить, испорченное дитя! Первый миллион в четырнадцать лет… чудеса в решете! Ты никогда не слышал о том, что сладкое детям вредно?
— Ты пожалеешь, — коротко сказал Милич. — На прощанье могу сказать лишь одно. Твой друг Лившиц давно умер. Честный доктор… Сгорел во время эпидемии вируса Розена. Я предлагал ему переждать пандемию в бункере. Занимался бы разработками сыворотки — он был талантливый ученый… Так нет. Он предпочел лазать по больницам и лечить зараженный плебс. Сгорел через несколько дней. Но проститься вы с ним успели… Забавно, что ты не помнишь, дружок! Мое предложение в силе на ближайшие три часа. Потом пеняй на себя… — Он отключился.
— Пеняю… — Артур завел двигатель, и джип медленно выехал из двора. — Нервный подросток! Оно и понятно. Юношеские комплексы, половое созревание… Трудный период!
Вновь заныл Студень, тяжело взобрался на сиденье, осмотрелся по сторонам.
— Башка болит! — Затем хлопнул ладонями по жирным бокам. — Кто мои шмотки забрал?
— Поклонницы! — криво усмехнулся Артур. — Видел, как с рок-звезд одежду срывают? Радуйся, что в трусах остался.
Толстяк дышал широко открытым ртом, тронул себя пальцами за сломанный нос и тихонько вскрикнул:
— Всмятку!
— Мои труды оценены по достоинству! — опять усмехнулся Погодин. Джип катился по пустынной дороге. Воскресный вечер: горожане отдыхают и развлекаются. Яркие витрины магазинов горят неоновыми огнями.
— Куда мы едем? — тихо спросила Ольга.
— Понятия не имею! — Артур притормозил возле освещенного киоска. — Студень, пошел прочь отсюда!
— Я не могу! Даже башмаков нет. Я замерзну!
— Зато выживешь, скотина… А то у меня руки чешутся свернуть тебе шею! Вон из тачки!
Человек неуклюже выкарабкался из машины, похожий на привидение — в белых трусах, футболке и носках, — обхватил плечи ладонями и неуклюже побежал по дороге. Раздался испуганный женский вскрик, затем взрыв смеха. Артур вышел на улицу, купил в ларьке бутылку водки, брикет эскимо; сорвал крышку, сделал большой глоток, белыми зубами впился в мороженое.