Эсфирь кивнула и послушно ускользнула. Ее силуэт дважды отразился в зеркалах и исчез.
— И не показывай никому лица! — прокричал ей вслед англичанин.
— Что же мне делать, Джеймс? — отчаянно спросил Артур. — Я дал слово…
— Повторяю. Большинство клонов — вымысел. Они постоянно меняют свой облик, выступая в роли кладбищенских привидений, призраков и прочей дешевой шушеры. Про них в свое время неплохо рассказал Эдгар По. Слово, данное такому клону, не имеет веса. Но существуют абсолютно реальные мерзавцы. Если ты спутался с одним из таких, дело — швах! Он от тебя не отстанет, пока своего не добьется.
— Боюсь, что мой как раз из таких… — неуверенно прошептал мужчина.
— Скверный расклад… — Англичанин икнул, но тотчас спохватился и извинился: — Поговори с Мастером. Но пока никаких действий не предпринимай. Впустишь одного клона в зал — они в считаные дни всю планету заполонят. Конечно, оружия у них нет, и физически они уничтожить людей не могут. Но клоны — отличные подстрекатели и интриганы. Они мигом организуют очередную войну. Так уже было однажды… — Он зевнул. — Некоторые фантазеры считают, что Вторая мировая начались благодаря их усилиям. И герр Шикльгрубер искал общения с клонами, надеясь, что они ему помогут завоевать мировое господство. Не вышло! Клиффорд про них лучше знает, спроси у него; он хороший мужик, хоть и зануда… Давай еще выпьем! А то от этих разговоров я трезвею…
Артур разлил водку по рюмкам. Разговор с Камероном не успокоил его. Наоборот. Он вспомнил все, что прочел в информаторе. «Колдун преследовал человека… И после этого колдуны населили Землю». Обжигающая горечь алкоголя лишь притупила тревогу, мужчина рассеянно наблюдал за пляшущими гостями, с нетерпением ожидая прихода Мастера.
Эсфирь подловила Рамзеса в коридоре. Дворецкий скользил по полу, держа над головой огромное блюдо, наполненное королевскими креветками. Членистоногие шевелили усами и медленно перебирали конечностями.
— Что я вижу?! — прокричала девушка. — Вы собираетесь заживо съесть этих несчастных животных?!
— Это не я… Гуты заказали, их излюбленное лакомство!
— Немедленно унесите! Я приказываю, слышите?! А с гутами я поговорю.
— Слушаюсь… — Рамзес исчез в холле, а когда вернулся, на подносе лежала нарезанная ломтями обычная ливерная колбаса.
— Так-то лучше! — благосклонно кивнула Эсфирь. Музыка грянула какой-то дьявольский марш, и, перекрывая аккорды, пьяно взревел Шимшон. Напившись, герой любил драться и петь. Дрался он значительно лучше, чем пел.
Эсфирь испуганно оглянулась, обняла дворецкого тонкой рукой за шею и прокричала в самое ухо:
— Мой спутник изрядно напился…
— С Кауфманом? — почти утвердительно спросил дворецкий.
— Конечно! Втроем. С Филиппом и этим русским милашкой. Они танцуют вприсядку!
— А почему именно вприсядку? И как можно танцевать вприсядку под Штрауса? — Он с трудом перекрикивал грохот музыки, людской гвалт и крик богатыря Шимшона. — И, похоже, к ним готов приобщиться наш хулиган.
— Не дай бог! Он обязательно придерется к русскому, а тот — парень не промах. Филипп утверждает, что в России необходимо плясать именно так! Это ему рассказала Зоя.
— Зое лучше знать, — рассудительно кивнул Рамзес. — А что Артур?
— Очень приятный молодой человек. И у него такая милая жена! Смотрите, она подарила мне ожерелье! — На обнаженной шее всеми цветами радуги переливались беллоиды. — А я отдала ей свои камни…
— Щедрый подарок! — заметил дворецкий.
— Жалко, что они смертные…
— Жаль…
— Все так милы, обворожительны… — продолжала девушка. — Я обещала вам показать сегодня свое лицо!
— Это большая честь!
— Ничего особенного. Ловите миг удачи, счастливчик! — Эсфирь на мгновение откинула «забрало», и легкая ткань затрепетала в воздухе, как невесомое крыло бабочки.
— Я это подозревал… — ошарашенно пробормотал дворецкий. — Вы удивительны, но как же?.. Это настолько необычно…
Девушка прижала палец к его губам:
— Это будет наш секрет. Теперь, кроме Мастера и Джеймса, тайну знаете только вы!
— Я тронут и благодарен. Считайте, что вы показали свой прекрасный лик бессловесному камню, прекрасная незнакомка!
Эсфирь пожала ему пальцы и убежала, оставив ускользающий аромат сладких цветов.
Вечер продолжался. Гости пили вино, коньяк, водку, закусывали икрой, фруктами. Обиженные гуты повздыхали, но смирились с неизбежностью: жевали ливерную колбасу и лакали ликеры из специально принесенных для них блюдечек. Напитки и яства появлялись словно из-под земли. Раздвигались зеркальные створки стен, и оттуда выплывали подносы с деликатесами.