Ага, вот где собака зарыта. В собственных шкурных интересах. Волконский, похоже, перешел дорогу не только нам, но и этим хитроумным лисам.
— И что же предлагает ваш господин? — спросил я, не открывая свиток. — Какую «выгодную сделку» он готов заключить с «баронством на грани уничтожения»?
Леди Вероника снова усмехнулась.
— О, барон, все подробности — в этом письме. Могу лишь сказать, что мой господин… ценит смелость. И он готов… рассмотреть варианты оказания вам некоторой… хм… финансовой и, возможно, даже военной поддержки. В обмен на определенные… уступки. В будущем. Когда вы, если вам, конечно, повезет, снова встанете на ноги.
Она не раскрывала содержания письма, но ее слова и манера держаться говорили о том, что это не предложение помощи. Это предложение сделки с дьяволом. Потому что я не сомневался, что Шуйские своего не упустят (не зря же у них герб — лиса).
Я задумчиво посмотрел в окно. Высокая политика началась?
Внутри свитка может быть что угодно: предложение союза, которое может дать нам шанс отомстить Волконскому; коварная ловушка, хитроумный план Шуйских, призванный окончательно добить наш ослабленный Род и забрать себе наши земли; или требование, которое поставит меня перед еще более сложным, еще более мучительным выбором.
Вопросы, вопросы…
Я инстинктивно оттягивал вскрытие свитка, чтобы подготовиться к будущему «торгу». А он будет, судя по всему.
Леди Вероника терпеливо ждала, когда я вскрою свиток.
Глава 7
Ну что ж, приступим к вскрытию.
Леди Вероника наблюдала за мной с таким видом, будто я подопытный кролик, которому сейчас предстоит пройти тест на сообразительность. Взгляд у нее был, как у таможенника на границе, я не сомневался, что она считывает каждую мою эмоцию.
Ну-ну, посмотрим, кто кого переглядит.
Я аккуратно сломал восковую печать. Запахло дорогим сургучом и чем-то неуловимо-парфюмерным. Развернул пергамент. Текст был написан витиеватым, каллиграфическим почерком, с такими завитушками и росчерками, что сам черт ногу сломит (спасибо памяти предшественника — сумел прочитать, а то был бы конфуз). Язык тоже был тот еще — сплошные «почтеннейший барон», «осмелюсь заверить в своем глубочайшем уважении», «да не померкнет слава вашего доблестного Рода» и прочая дипломатическая лабуда, от которой зубы сводило. Сквозь всю эту словесную эквилибристику, как шило из мешка, проглядывала суть. Она была, прямо скажем, интересной.
Старый лис, глава Рода Шуйских, барон Алексей, о котором так уважительно (или с опаской?) отзывалась леди Вероника, оказывается, был «впечатлен» нашей недавней «дерзостью» (ох уж эти слухи). То есть, тем, как мы наваляли его соседу Волконскому по самые помидоры. И он, видите ли, тоже видит в Волконских «общую угрозу». Какая неожиданность! Я-то думал, они там все друг другу лучшие друзья, только и делают, что вместе пьют брагу да делят сферы влияния.
А дальше — самое интересное. Шуйские, эдакие добрые самаритяне, предлагают нам, несчастным и угнетенным Рокотовым, военную помощь. Небольшой, но, как они выражаются, «элитный» отряд опытных воинов, закаленных в каких-то там «пограничных стычках», головорезов, которые умеют мечом работать профессионально. Плюс к этому — «значительную финансовую поддержку». Золото, оружие, припасы… Прямо рог изобилия, а не письмо.
Но, как известно, бесплатный сыр бывает только в мышеловке. И Шуйские, в тему же герб выбрали, своего не упустят. В обмен на всю эту щедрость они требуют, во-первых, заключения «формального союза» против Волконских. Это понятно, это логично. Враг моего врага — мой друг, как говорится. Хотя, если честно, я бы не удивился, если бы эти самые Шуйские сами и «натравили» Волконских на нас, чтобы потом прийти на помощь и загрести жар чужими руками. Такая, знаете, многоходовочка в стиле Макиавелли, только местного разлива. У меня даже мелькнула шальная мысль, а не стоят ли Шуйские за спиной Волконского, а тот, бедолага, и не подозревает, что его используют втемную. Делов на копейку — это как раз про такие интриги.
Но это еще не все. Главное требование Шуйских — это, конечно же, «выгодные торговые преференции» на наших землях. В будущем. Если мы, конечно, выстоим. Особенно их интересовал контроль над торговыми путями, которые, как оказалось (спасибо опять же угасающей памяти реципиента), проходили как раз через Черный Ручей, из-за которого весь сыр-бор и начался. То есть, по сути, Шуйские предлагали нам помощь в обмен на то, чтобы мы потом отдали им под контроль самый лакомый кусок нашей экономики.