Брэшен сел и долго устраивался на обломанном куске плавника. Потом произнес по возможности сдержанно и спокойно:
- Что-то плохо мне верится, чтобы Альтия одобрила куплю-продажу живого корабля...
- Я просто обрисовала ей вещи, как они есть, и ей ничего другого не оставалось, кроме как согласиться со мной. - Брэшен увидел при свете огня, что она показывает ему глазами на Совершенного. Легкое движение головы, и он понял, что она не хочет обсуждать подробности в присутствии корабля. Брэшена снедало жгучее любопытство, но он не мог не признать мудрости Янтарь. У Совершенного нынче было необычайно приподнятое настроение. Стоило ли никчемными разговорами приводить его в склочное расположение духа?.. Брэшен про себя решил поддержать шутливый тон разговора, а заодно и вызнать побольше.
- Догадываюсь, что Совершенный рад встрече с тобой и с удовольствием послушал бы о твоих приключениях, - как ни в чем не бывало сказала Янтарь. Давно ты вернулся?
Он ответил:
- Только сегодня бросили якорь.
Эти слова сопроводило молчание. Брэшен понял, что с первых же слов сознался в необычности происходящего с ним. Янтарь продолжала себя вести точно почтенная удачнинская домохозяйка за чаепитием:
- И надолго собираешься задержаться?
- Не знаю... Я, собственно, вернулся в основном ради того, чтобы сообщить Альтии: я видел "Проказницу"... Ее захватили пираты. Я, правда, даже не знаю, живы ли еще Кайл и Уинтроу... Вообще не знаю, что сталось с командой...
Сказал - и тут только задумался, насколько осмотрительно с его стороны было выбалтывать этим двоим подобные новости.
Ему показалось, что Янтарь была искренне озабочена:
- Ты уже сказал Альтии? И что она?..
- Сама понимаешь, горюет. А завтра хочет пойти на Совет торговцев и попросить помощи в спасении корабля. Самое же поганое во всей этой истории, что Кеннит... ну, капитан пиратский... скорее всего, и выкупа-то не захочет. Он желает оставить корабль себе. Так что, если Кайл и Уинтроу не погибли, придется ему и дальше держать их живыми, чтобы Проказница с ума не сошла и...
- Пираты... - Голос Совершенного можно было назвать мечтательным, если бы не прозвучавший в нем ужас. - Знаю я этих пиратов... Они убивают, убивают, без конца убивают прямо на палубах... Кровь впитывается все глубже и глубже... чужие жизни наполняют твое диводрево до такой степени, что ты сам себя не можешь среди них отыскать... А потом они рубят тебе лицо и впускают внутрь воду, и ты тонешь... Но гаже всего то, что они оставляют тебя жить!
Его голос задрожал, по-мальчишески сорвался и смолк.
Брэшен смотрел в глаза Янтарь и видел в них невысказанную жуть. Они с Брэшеном разом вскочили на ноги и потянулись к кораблю.
- Не касайтесь меня! - Больше ничего детского, это была хриплая, отрывистая команда, низкий голос был полон ярости и отчаяния. - Прочь, гнусные паразиты! Крысы, роющиеся в дерьме! У вас души-то нет!.. Ни одно создание, наделенное душой, не вынесло бы того, что вы со мной сделали!..Он слепо мотал головой, огромные кулаки молотили воздух, как если бы он защищался от кого-то. - Убирайтесь! И воспоминания свои с собой заберите! Мне не нужны ваши жизни!.. Вы хотите поглотить меня, заставить забыть, кто я есть... кто я был!.. Но я не забуду!.. - Это был уже не крик, а попросту рев. Потом Совершенный разразился безумным хохотом и непристойностями...
- Он не к нам обращался, - тихо сказала Янтарь Брэшену. "Мне бы твою уверенность..." - подумалось ему. Ни он, ни она больше не старались коснуться корабля. Напротив, Янтарь взяла его за руку и повела куда-то в темноту, прочь от Совершенного. Их провожал бешеный мат и невнятные обвинения.
Когда отсвет костра померк вдалеке, Янтарь остановилась и повернулась к своему спутнику.
- Слух у него удивительно тонкий, - произнесла она по-прежнему приглушенно. И оглянулась на корабль: - Когда на него накатывает... вот как сейчас... всегда лучше оставить его одного. Если попытаться привести его в чувство уговорами и какими-то разумными доводами, будет только хуже...- И она беспомощно пожала плечами: - Надо, чтобы он сам очнулся...
- Я знаю.
- И я знаю, что ты знаешь. Еще я думаю, ты понимаешь: долго он такого не вынесет. Каждый день и каждый миг он боится, что вот сейчас за ним придут... А ведь он даже спать не может, отрешаясь тем самым от реальности! Вот и приступы безумия у него последнее время что ни день... Я уж всячески стараюсь ограждать его от волнений, но он ведь не дурак! Он знает, что его жизнь под угрозой, и понимает, как мало он способен за себя постоять...Было темно, но Брэшен некоторым образом чувствовал силу ее взгляда.- Ты должен помочь нам,- сказала она.
- Я бы и рад, да что я могу сделать?.. Не знаю уж, чего тебе про меня наговорили Альтия и этот корабль, но ты, похоже, полагаешь, будто я обладаю каким-то влиянием... Это совсем не так. Скорее уж наоборот! Если я возьмусь что-то поддерживать, благопристойный Удачный весь как один поднимется против! Я - такой же изгой, как и Совершенный. Так что ты вернее одержишь победу, если я буду держаться подальше! - И Брэшен безнадежно покачал головой.- Не то чтобы я правда думал, что ты можешь победить...
- По-твоему, значит, я должна просто взять и сдаться? - мягким голосом осведомилась она. - И пусть он окончательно сходит с ума, а потом явятся "новые купчики" и на буксире уволокут его прочь, чтобы разделать на чурбачки для поделок? Ну и как мы после этого в глаза посмотрим друг другу? Что мы друг другу скажем? Что все равно были бессильны помочь? Что до последнего не верили в такой ужасный конец?.. И ты думаешь, это снимет с нас вину?..
- Вину? - Брэшен так и вспыхнул: похоже, эта женщина собиралась повесить на него еще и ответственность за то непотребство, которое здесь происходило. - Я, между прочим, ничего скверного не совершил! И совершать не намерен! Так что я-то уж всяко ни в чем не виновен!..