— Зря ты во всё это ввязался, — приклеивая последний пластырь на колено, сказал Феликс и встал с корточек. — Защищать кого-то — дело вообще не очень благодарное, а так они чуют в тебе опасность и поэтому боятся, что потом ты взбесишься, если тебе будет что-то не так, и бросишься уже на них.
— Но я же бросился только на одного и всех остальных защищал! — возмутился Чонин.
— А им это не интересно, — хмыкнул Минхо и спрыгнул с комода. — Короче, не знаю, как это объяснить, но они тебя боятся и им это не нравится. Просто заруби себе на носу, что доверять этим, — с неприязнью прошипел он, — дело гиблое. Кстати, а ты умеешь превращаться в лиса?
— Превращаться? — переспорил Чонин, тупо поморгав глазами.
— Да. Ну, вот так.
И дальше произошло то, что Чонин ожидал увидеть меньше всего. Не прошло и нескольких мгновений, как тень Минхо, отбрасываемая на стену, из человеческой стала превращаться в нечто другое: сначала появились уши, потом вытянулось лицо, глаза приобрели совсем другую форму, а силуэт уменьшился едва ли не до размера кошки. И вот, посреди комнаты стоял уже не Ли Минхо в обличии человека, а лис, вернее, почти лисенок, еще не обросший рыжей пушистой шерсткой, а скорее напоминающий щенка. Вот только взгляд янтарных глаз, осознанный и умный, выдавал. Ахнув, Чонин повернулся и увидел перед собой еще одного, обращенного Феликса. Снова пара мгновений — и лисы стали юношами.
— В твоем возрасте пора бы уже уметь. В каком ты классе? — спросил Минхо, на что ему ответом было только смятение и удивление. Мама рассказывала, что раньше лисы могли превращаться, но давно утратили эту способность за ненадобностью, и только некоторые всё еще помнят, как это делается. — Ладно, не переживай, научим.
Чонин не думал, что в лицах двух незнакомых парней старше него найдет друзей, но чем чаще проводил время с Минхо и Феликсом, тем больше прикипал к ним, чувствуя, что наконец-то может быть самим собой и не скрываться от мира, который оказался враждебен ко всему незнакомому и неизведанному. Каждый день приходя из школы домой в семью Ли, он чувствовал, будто нашел свое место. Чонину приносило незабываемое удовольствие быть рядом с новыми друзьями в обоих обличиях. Несколько месяцев спустя он освоил технику превращения в лиса, научился самоконтролю и придался лисьим забавам: таскал вместе с Минхо и Феликсом кур из соседского курятника, носился по лесам и горам, кусал парней за уши, а будучи человеком, гулял с ними, играл в приставку, делал домашние задания и смотрел мультфильмы.
В школе они держались особняком, как три рака-отшельника, и проводили вместе перемены, а после уроков бежали заниматься всем, чего только душа пожелает, и так шли год за годом, пока не настала пора выпускаться сначала Минхо, потом Феликса, а потом и Чонина, но связь осталась такой же крепкой, какой и была раньше. Госпожа Ян тоже привыкла к новым друзьям сына и смотрела на то, как они растут рядом друг с другом, никак не нарадуясь тому, что хоть перед кем-то Чонину не нужно скрывать свое истинное «Я». Знала бы она еще о том, что они таскают кур и охотятся в лесах да роют норы, но это и не обязательно.
— Теперь-то тебя можно принять в стан взрослых, — проговорил Минхо, когда они встретились после выпускного Чонина в доме Ли, и потрепал друга по волосам. — Наконец-то ты больше не малышня!
Чонину не хотелось отмечать свой выпуск вместе с одноклассниками, он толком и не знал их, как оказалось, и всегда чувствовал себя чужим. Да и они не то чтобы сильно расстроились, когда узнали, что он не поедет вместе с ними праздновать в домике загородом. Люди… Несмотря на то, что мать учила быть добрым и человечным, а сама помогала всем обездоленным в меру своих возможностей, Чонин с каждым годом всё меньше чувствовал себя человеком и сомневался, что хочет быть им. Лисов в легендах всегда изображали опасными чудовищами, но такие ли они на самом деле? За всю свою жизнь, еще будучи маленьким и потом став взрослым, он не ощутил себя хоть сколько-нибудь причастным к настоящему миру людей, не понимал их стремления к деньгам и власти, хоть и признавал необходимость их наличия, не видел ничего доброго или светлого вокруг себя и только рядом с друзьями-лисами узнал, что такое дружба, взаимопомощь и товарищество.
Они втроем знатно и по-взрослому напились, пока отмечали, что все теперь взрослые, да обсуждали планы на дальнейшую жизнь. Минхо хотел уйти работать юристом после окончания университета, Феликс учился на медицинском направлении, и их объединяло одно — желание помогать людям. Тоже. Но не они ли говорили, что помогать — гиблое дело? Чонин соврал бы, если бы сказал, что не расстроился и несколько не разочаровался в их словах и выборе, однако сам не знал, куда хочет двигаться по жизни дальше. Но у него есть целое лето впереди и вместе с матерью они обязательно что-нибудь придумают.