— О том, что меня только что навестил твой наставник. Он меня пять минут отчитывал, как нашкодившего щенка, — процедил Роман, закрыв глаза и потерев переносицу. — А потом бросил передо мной папку с полным досье на мошенника, укравшего мою лошадь, и обещал наведаться ещё раз. Силин, я знаю, что этот человек неприкасаем, но ты мог бы предупредить, что он заявится сюда лично! Что он вообще забыл в моём офисе, если ненавидит убийц лютой ненавистью⁈ — повысил Гаранин голос.
— Это то самое ЧП, о котором я тебе сообщил в начале нашего содержательного разговора. Он говорил, что хочет с торговцами пообщаться, но, видимо, решил всё же навестить того, ради кого проделал такой длинный путь. Пять минут? Всего-то? Сочувствую, Рома, но ты ему не понравился, — хмыкнул Силин. — Меня песочили около часа, столько же Рогова. Надеюсь, до младших Гильдий он не доберётся. Например, внезапно вспомнит, что отошёл от дел, поклявшись, что никогда не вернётся. И уберётся уже, наконец, в свою Тмутаракань! — голос Силина сорвался на крик. — И это всё из-за тебя, Гаранин! Угораздило же тебя вляпаться в это дерьмо и нас с головой окунуть вместе с собой.
— А при чём здесь вообще моя лошадь? И это не я предложил вам с ним связаться, — Рома остыл, понимая, что ворам досталось от бывшего руководства гораздо больше, чем ему.
— Это всё равно рано или поздно произошло бы. И то, что у нас под носом дела фландрийцы проворачивают, а мы ни сном, ни духом, просто подстегнуло его приехать раньше. Всё, Рома. Я с тобой в ближайшее время даже видеться не хочу, пока мой бывший наставник не уедет, и я не подлечу нервишки. И, пожалуйста, пока он не в духе, не делай никаких глупостей. Можешь даже представить себе, что я тебя умоляю.
С этими словами Силин бросил трубку, оставив Гаранина недоумённо смотреть на телефон в руке.
— Неужели у нас всё-таки появится глава Совета? — задумчиво протянул Рома, устраиваясь поудобнее, чтобы уже ознакомиться с тем, что так любезно предоставил ему бывший вор. — Наверное, так будет лучше. Хоть порядок наведёт у своих бывших коллег. Хорошо, что до меня и моей Гильдии ему особого дела нет.
Я стоял в приёмной Ромкиного офиса и терпеливо ждал, когда сидевшая за столом хорошенькая девушка перестанет так откровенно таращиться на меня.
Из кабинета Громова я отправился прямиком сюда. Мы с Андреем Николаевичем не обсуждали, о чём мне следует говорить с Гараниным. Ни меня, ни Ромку эрилям просчитать было невозможно, а сам я не знал, как он отреагирует на мой рассказ. Рома бывает таким жутко непредсказуемым. Буду действовать по обстоятельствам, что мне ещё остаётся.
По крайней мере, Рома был в своём офисе, поэтому половина дела была сделана, я с ним хотя бы встречусь.
— Девушка…
— Ольга, — прервала она меня, представляясь.
— Ольга, мне нужно кого-то убить, чтобы вы сообщили своему начальнику о моём визите? — я мягко улыбнулся, и она моргнула.
— Нет, зачем вам кого-то убивать? — пробормотала Ольга.
— Я впервые здесь, поэтому не знаю правил Гильдии, — я снова улыбнулся. — Так, если мне не нужно никого убивать, может быть, вы уже сообщите? — и я указал на стоящий на столе селектор.
— Да… Разумеется, — Ольга встрепенулась, перестала меня разглядывать и потянулась к селектору, нажимая на кнопку. — Роман Георгиевич, к вам офицер государственной Службы Безопасности…
— Ну наконец-то, — раздался знакомый голос, не дав ей договорить. Так что моё имя осталось не озвученным. Я в который раз улыбнулся секретарше и, два раза стукнув в дверь, зашёл в кабинет.
— Со мной обещали связаться ещё полтора дня назад… Дима? — Ромка удивлённо уставился на меня, поднимаясь на ноги и бросая на стол какую-то папку. — Ты здесь какими судьбами? Мне сказали…
Я не стал ничего говорить и просто отогнул край рубашки, показывая отличительный знак офицера: Око Гора с прыгающим волком вместо зрачка. Знак неожиданно засветился тусклым синеватым светом, а на обнажённом предплечье главы Гильдии убийц начала проявляться витиеватая татуировка, уходящая куда-то вверх на плечо, закрытое рукавом рубашки.
— Можешь это убрать? — поморщился Рома, не двигаясь с места. — Твоё приветствие оказалось довольно болезненным. Нет, я предполагал, что ты на меня немного обижен, но всё-таки…
— Я не знал, что так будет, — задумчиво ответив, я прикрыл символ рубашкой. Татуировка на руке Гаранина сразу исчезла, а сам Рома выглядел задумчивым, глядя куда-то мимо меня. — Эй, ты со мной? — я приблизился к столу и помахал перед его лицом рукой.
— Что? Да, просто считаю, где я умудрился потерять целый год, — он тряхнул головой и сел на своё место.