— Что, значит, попрощаться? — я резко развернулся.
— Она выполнила свою часть договора: ты сидишь на Матисе, не падаешь с него и даже можешь проехать галопом, без опасения свернуть себе шею. Поэтому сегодня утром она закрыла по собственной инициативе контракт, — пояснил Эдуард. — Не буду лукавить, если предположу, что такая поспешность была вызвана этой статьёй. Насколько мне известно, именно сейчас Лена собирает вещи. У меня не было причин не закрывать контракт без выплаты компенсации.
Глава 15
Я быстро развернулся и выскочил за дверь. До меня донёсся оклик Эда:
— Дима, надень рубашку. — Какую рубашку? О чём он вообще говорит?
Добежал я до конюшни в тот момент, когда оттуда выходила Лена, с сумкой в одной руке и переноской с Матильдой в другой. Кошка жалобно замяукала, увидев меня, и начала суетиться в своей клетке.
— Значит, если бы я сюда не успел прибежать, ты бы уехала, даже не попрощавшись? — Я встал у неё на пути. Подул ветерок, и я внезапно осознал, что стою перед ней полуголый, а моё тело покрывается мурашками, потому что сейчас уже конец сентября и ни черта не тепло.
— Дима, то, что произошло ночью… — Лена закусила губу, глядя куда-то мимо меня. — Прости, я не сдержалась и не остановила тебя.
— Я не совсем тебя понимаю, — и я схватил её за плечи. — Лена, посмотри на меня.
— Нет, — она покачала головой. — Если я на тебя посмотрю, то у меня возникнет дикий соблазн остаться. Пожалуйста, отпусти меня.
— Да объясни мне, что происходит? — Сегодня все, абсолютно все сговорились и решили вывести меня из себя.
— Ты Дмитрий Наумов, а я просто тренер по верховой езде, — она, наконец-то подняла на меня взгляд.
— И что? — я недоумённо смотрел на неё.
— У меня тоже есть гордость, — она опустила сумку с переноской на землю и устало повела плечами. — Уже одно то, что ты мне не… — она замолчала. Тогда я её поторопил с ответом.
— Я тебе не… что?
— Неважно, для тебя неважно. Я тебе всё равно не смогу больше ничем помочь. Женщины в конное поло не играют. Правила игры и хотя бы начальные приёмы тебе покажет твой брат. Я до сих пор не понимаю, почему он умеет и верхом ездить, и в поло играть, а ты нет, — Лена невесело усмехнулась.
— Так получилось, — я смотрел на неё, стараясь не акцентироваться на глазах, потому что не мог гарантировать самому себе, что не попытаюсь её прочитать.
— Могу дать совет: держись в стороне, к мячу не лезь, под удар клюшкой не попадай. Да, и ещё, ты сдружился с Матисом, но играть тебе предстоит на другой лошади, — она облизнула губы, и я невольно проследил за этим движением, чувствуя, как бухнуло сердце в груди. Внезапно до меня дошло, о чём Лена говорила.
— Как это я не на Матисе буду ездить? — я нахмурился. — А для чего тогда его приобретали?
— Понятия не имею, для чего его приобретали твои поверенные, но ты должен был научиться ездить верхом, — Лена пожала плечами. — Матис — чистокровный скакун, он не подходит для игры в поло. Там же других лошадей будет много, а чемпионы не терпят рядом с собой других особей. У Моро есть целый табун поло пони. Они немного ниже Матиса и более спокойные. Это очень умные лошадки, к тому же все игроки должны быть в одинаковых условиях, поэтому на своих лошадях на приёмах вроде традиционного сборища у Моро играть запрещено.
— Откуда ты знаешь про приём? — спросил я напряжённо.
— Тоже мне тайна. Тебя экстренно учат верховой езде, подразумевается игра, а скоро бал дебютанток, — ответила Лена, отведя взгляд. — Не нужно быть академиком, чтобы два и два сложить.
— Ты расстроилась из-за этого? Но Лена — это не то, о чём ты думаешь, — я слегка наклонился к ней. — Мне неинтересны дебютантки.
— Зато они интересны твоим родственникам, Дима, — она слабо улыбнулась. В это время к нам подошёл Залман, крутя на пальце брелок с ключами от машины. — Я готова, — Лена подхватила сумку и переноску с зашипевшей кошкой, которая, как я понял, совершенно не хотела уезжать отсюда, и пошла за Шехтером к стоящей неподалёку машине.
Я молча смотрел, как она уходит, и пытался понять, хочу я её остановить или нет.
Ворота открылись, и в них въехал представительский лимузин. Пока я смотрел, как ко мне подъезжает этот монстр, машина, увозящая Елену Долгову, выехала за ворота. Ну вот, всё решилось за меня.
Дверь лимузина открылась, и оттуда выбралась Ванда.
— Никогда не думала, что от Демидова можно так устать, — пожаловалась девушка и обняла меня. — А ты чего полуголый здесь стоишь?
— Лена уехала, — ответил я, глядя на подругу.
— Ну, я чего-то подобного ожидала, — Ванда вздохнула. — Мы видели газету. Эта статья — просто феерия абсурда, но вот твоя последняя фотография… Дим, она тебе нравится?