— Ты хочешь, чтобы я… — я невольно попятился к двери.
— Сейчас ты будешь проводить малый призыв, а когда тебе откликнется суккуба, то ты сначала позволишь ей тебя просветить и обучить, и лишь после этого изгонишь. Они вполне договороспособные, так что можете сразу обговорить условия и запретные темы, — сказал Эдуард, делая шаг к двери. — Теорию ты знаешь. Чтобы всё прошло гладко, всё-таки это у тебя первый раз во многих смыслах этого слова, я назову тебе имя одной из суккуб. Чтобы не было никаких неожиданностей.
— А… — начал я, но, столкнувшись с пристальным взглядом Эдуарда, замолчал. — Понятно. Призываем и начинаем просвещаться. — Я нервно хохотнул, а потом махнул на всё рукой, шагнул к пентаграмме, на ходу вытаскивая кинжал. Ну что же, приступим, и я сделал разрез, произнося слова призыва.
Мне под ноги упал клочок бумаги с написанным на нём именем, и где-то на периферии слуха я услышал, как хлопнула дверь, ведущая в ритуальный зал.
— Скармора, — выдохнул я, и капля крови упала на бумажку, которая вспыхнула чёрным пламенем, и пепел тонкой струйкой полетел к центру пентаграммы, закручиваясь в самый настоящий смерч, разрастающийся, становящийся всё больше и больше…
Завихрения пепла остановились и рухнули на пол, образуя чёткий круг, в центре которого стояла невысокая, очень красивая женщина. И только кровавые всполохи в глазах с вертикальными зрачками выдавали в ней демонессу.
— Какой хорошенький мальчик, — проворковала суккуба и втянула носом воздух, словно принюхиваясь. — Невинный, и… Тёмный? Ну, нет, я так не играю, — последнюю фразу она произнесла совершенно нормальным голосом. Сложив руки на обнажённой груди, прикрыв её от моего шального взгляда, она ещё раз осмотрела меня. — Да ещё и Лазарев. Давненько ни о ком из ваших не было слышно. Давай начистоту, что тебе от меня нужно? Потренироваться в призыве — изгнании? Считай, что выполнил все условия наставника, и отправляй меня обратно.
— Не могу, — я вздохнул. — Проблема в том, что я не все условия наставника выполнил.
— Не хочешь же ты сказать, что хочешь меня не изгнать, а попытаться унич… — она внезапно замолчала и прищурилась, а затем её губы растянулись в обольстительной улыбке. — Вот оно что. Надо же. Ваша семейка решила вернуться к своей маленькой пикантной традиции?
Она вышла из тёмного круга и подошла ко мне. Обойдя, прижалась грудью к спине, а её руки потянули с меня футболку.
— Не так быстро, — я почувствовал, как воздух стал горячим и чувственным. А ещё я почувствовал, что мне никакой стимуляции не нужно, я вполне готов… к подвигам. И добавил слегка срывающимся голосом: — Нужно обговорить условия.
— Это тебе всё равно не понадобится, — и суккуба всё-таки стянула с меня футболку. — А условия стандартные. Половина твоего резерва, и ты сумеешь подарить волшебную ночь любой девушке, даже невинной, — промурлыкала она, и я, почувствовав её губы на своей шее, закрыл глаза. Мышцы на животе сократились, когда я ощутил на нём горячие руки демонессы. — У тебя очень опытный наставник, смотри, он позаботился, чтобы нам было комфортно.
Воздух вокруг задрожал от чар демонессы, концентрация которых выросла в разы. Я же вполне чувствовал в себе способность им противостоять. Вот только зачем? Последнее, что я сделал осознанно, — это поставил метку на источнике, чтобы она не забрала у меня больше половины резерва, после этого мы упали на кровать, и я приступил к изучению совершенно новой для меня науки.
Когда я выполз из ритуального зала, был уже вечер. Эдуард ждал меня в холле. Демонстративно посмотрев на часы, он покачал головой.
— Не слабо, — протянул он. — Можно сказать, что я горжусь тобой.
— О, заткнись, — я махнул рукой. — Наверное, мне хватит впечатлений на год.
— Брось, — Эд закатил глаза. — Тебе всего восемнадцать. Будь уверен, уже завтра ты будешь готов повторить, пусть и не в таком объёме, с обычной девушкой.
— Что-то сомневаюсь, — я поёжился. Из одежды на мне были надеты джинсы на голое тело, без белья.
— Просто поверь моему опыту, — он улыбнулся. — Иди в душ. Тебе нужно смыть с себя последствия. Кстати, ты её изгнал?
— Да, — я кивнул и побрёл в свою комнату. Вот в душ мне сейчас действительно необходимо.
— Я жду тебя в столовой, — мне показалось, или в голосе Эда прозвучала лёгкая досада. Словно он ждал, что я скажу, будто забыл провести изгнание, и суккуба сейчас всё ещё находится в пентаграмме. — Ты потерял не только много физических сил, но и энергии. Её нужно восполнить, чтобы к завтрашнему утру быть в норме.