— Хм, — задумчиво протянул Эдуард. — Почему мне это напоминает разговор матери невесты с дочерью накануне свадьбы? Где заботливая мать объясняет все аспекты потери девственности?
Когда он закончил говорить, я почувствовал, что кусок курицы пошёл не в то горло, и закашлялся.
— Дима, не торопись. Эпидемия среди кур — это, конечно, очень печально, и я бы на месте правительства уделил ей побольше времени и сил, но она ещё не достигла критической величины, и эту замечательную курицу у тебя никто не отберёт, — слегка растягивая слова, произнёс заботливый братик. А Эд тем временем повернулся к Демидову: — Так что происходит у Моро, что требует такого пристального внимания?
— Ничего такого, что выбивалось бы за пределы приёмов вроде этого, — ответил Лео, глядя на меня. Видимо, раздумывал, надо ли меня постучать по спине или так сойдёт. — Основная цель этих сборищ — это заключение долгосрочных договоров и союзов посредством брака. Собственно, на приёме перед моим последним годом обучения были заключены предварительные договорённости между моим отцом и отцом Кристины, а также между покойным Русаковым и отцом Романа. Кто же знал, что Ромка так взбрыкнёт, — добавил он тихо. — Все, абсолютно все будут ждать от тебя, что ты объявишь наконец о помолвке.
— Какая помолвка, мне только-только восемнадцать исполнилось, — я прокашлялся и теперь возмущённо смотрел на Лео и на задумчивого Эдуарда.
— Тебе уже восемнадцать, ты глава Рода и бизнеса, и у тебя нет наследника! — Лео поднял палец вверх. — Дима, не хочу тебя огорчать, но если ты в ближайшее время не женишься или хотя бы не объявишь о помолвке, то твои акции резко пойдут вниз. И так уже бродят слухи, что ты отдаёшь бизнес поверенным, оставляя за собой общий контроль, а сам уходишь в Службу Безопасности.
— Это моё дело, чем я в итоге буду заниматься, — я почувствовал, как у меня на лице желваки заиграли.
— Конечно, твоё, — Лео ласково улыбнулся. — Вот женишься, твоя жена родит сына, и можешь заниматься чем хочешь. Хоть с Эвереста без парашюта прыгать, хоть хищную бегонию выращивать, хоть государственных преступников ловить. А пока будь так добр, присмотрись к девушкам и сделай выбор. У тебя он, хотя бы есть.
— Боюсь, Лео прав, — спустя минуту молчания сказал Эдуард. — Как бы тебе ни хотелось погулять, найти свою возлюбленную, но твоё положение практически не оставляет тебе выбора. И уж коли ты будешь присутствовать на представлении дебютанток, да ещё и в качестве основного блюда, если я всё правильно понял, то мы постараемся сделать твоё пребывание там максимально выгодным.
— А мне, как обычно, нужно смириться, — я швырнул нож на стол. Мне даже есть расхотелось. — Приятного аппетита. Можете продолжать меня предварительно женить. Лео тебя сейчас просветит, на кого мне нужно будет обратить внимание. А я, пожалуй, пойду спать. Раз уж я туда еду в качестве племенного жеребца вместо Матиса, то должен быть в форме.
И я вышел из столовой, оставив Эдуарда и Лео обсуждать предстоящий приём. Почти бегом добежав до лестницы, я остановился, глядя, как по ней спускается растрёпанный Ромка. Я даже глаза протёр, но Гаранин в домашней одежде продолжал спускаться. Он был заспанный, но выглядел вполне прилично.
— О, наконец-то, — сказал он вместо приветствия и шагнул ко мне. — Я уж думал, что никого не найду.
— Рома, а ты что здесь делаешь? — спросил я осторожно.
— Ты же меня приглашал приезжать, даже чтобы просто отдохнуть, — Роман невольно нахмурился. — Или я тебя неправильно понял? Но охрана на воротах ничего не сказала, а начальник сообщил, что мою машину поставят в гараж, вот я и подумал…
— Так, стоп! — я поднял руку, призывая его заткнуться. — Я тебя приглашал и не беру свои слова обратно, просто… Ты когда приехал?
— А какой сегодня день? — спросил он, интенсивно протерев лицо руками.
— Среда, — ответил я, глядя на него с удивлением.
— Тогда вчера. Да, я приехал вчера. Пришёл в дом, но меня никто не встретил. Дошёл до конюшни, поздоровался с Матисом, пообещал ему, что скоро ты отпустишь его к Ирэн, вернулся в дом. И снова никого не встретил. Мне повезло, по холлу пробегала какая-то горничная. Я представился, и она молча проводила меня на третий этаж и показала комнату.
— Да, тебе комнату на третьем этаже выделили, — я кивнул.
— Не поверишь, но я растерялся, — и Гаранин хмыкнул. — А девушка вернулась, положила на кровать сменную одежду и полотенце и снова ушла. Ты не говорил, какие порядки приняты в твоём доме. У Демидовых, например, переодеваются по нескольку раз, — он потёр переносицу. — В общем, я решил, что нужно привести себя в порядок и тогда меня отведут к тебе. Так получилось, что после душа я присел на кровать… Я даже не понял, как отрубился, — сказал он, словно оправдываясь.