- Так вы…не увольняете меня?
От волнения я задала этот вопрос, позабыв о народной мудрости, каковая настоятельно рекомендует не будить лихо, пока оно тихо. Впрочем, к счастью для меня, лихо не проснулось и теперь.
- Голубушка, я понимаю, что вам выдалось нелёгкое время, но призовите логическое мышление. Как я могу уволить сотрудника, который открыл новую разумную расу? Прилетайте немедленно и садитесь писать монографию.
Из горла вырвался нервный смешок.
- Спасибо, профессор, - искренне сказала я. – Только… Мне очень неловко, но, боюсь, я буду вынуждена подать жалобу на Орзи.
- Приедете – разберёмся, - отозвался Ноэль. - И вот ещё что, - добавил в конце разговора он. – Я, конечно, мог бы отчитать вас за то, что вы не действовали рационально и руководствовались не разумом, а эмоциями. Но вам пришлось принимать решение в условиях нехватки информации. А когда фактов для построения логической цепочки недостаточно, именно интуитивные поступки нередко бывают самыми правильными. Увидимся на Новой Земле.
Я с упоением пересказывала содержание этой беседы Тиму, который любезно вызвался встретить меня в местном торговом центре и сопроводить до корабля, ибо я обладаю «редким талантом притягивать к себе неприятности». Но обстоятельства сложились так, что впору было поспорить, в ком из нас двоих этот талант сильнее. Ибо стоило мне присесть в парке на скамейку, дабы извлечь попавший в босоножку камушек, а Тиму - пристроиться рядом, как на усыпанной гравием дорожке возник полицейский. В самом по себе этом факте не было ничего странного или пугающего, но вор внезапно весь подобрался, повернулся к стражу порядка спиной и принялся, сверкая глазами, высматривать пути отступления.
- Что случилось? – нахмурила брови я.
- Этот парень в форме меня знает, - едва размыкая губы, ответствовал мой спутник. – Скажем так, с профессиональной стороны.
- Уйдём? – предложила я.
Полицейский неумолимо приближался, и надежд на то, что он свернёт на другую тропинку, уже не оставалось.
- Поздно, - процедил Тим, повернувшись ещё немного, дабы демонстрировать стражу порядка главным образом филейную часть своего тела.
Пока это удавалось, но что делать дальше? Не залезать же на скамью с ногами, чтобы затем развернуться спиной к дорожке! Быстро встать и удалиться и вправду было делом рискованным: слишком высок шанс тем самым привлечь к себе внимание и вызвать подозрения.
И тут меня словно осенило.
Я сама залезла на скамейку с ногами и прижалась губами к губам Тима, закрывая его лицо собственной головой и распущенными волосами.
- Слушай, далась тебе эта зоология! – восхищённо выдохнул Тим, когда смутивший его спокойствие персонаж благополучно прошествовал мимо. – Ты же прирождённая преступница! Давай будем работать в паре!
- Я тебе поработаю! – Рука сама собой сжалась в кулак. – Ещё одна неприятность на мою голову – и я тебе самолично все шаловливые органы поотрезаю! Я имела в виду руки, - уточнила я, немного поостыв.
«Галалэнду» предстояло оставаться на Истерне неполные сутки, но я все свои дела на спутнике закончила и больше сходить с корабля не собиралась. Приближалось возвращение на Новую Землю, к которому следовало подготовиться как морально, так и физически (то есть собрав вещи). Я в очередной раз погрустила в опустевшем коридоре первого этажа, вспоминая флегматичного капроса и вечно голодного лионтари. Потом поднялась к себе в каюту. И была немало удивлена, встретившись на пороге с капитаном корабля.
- Прошу вас.
Я указала ему на стул, сама же осталась сидеть на аккуратно застеленной койке.
Макнэлл принял приглашение, на каковое, впрочем, наверняка изначально рассчитывал.
- Не знаю, как начать этот разговор, - признался он, сцепив руки, отчего мои брови удивлённо поползли вверх. – Марина, я пришёл сюда не в качестве капитана, а в качестве… - он пожал плечами, - …обыкновенного человека. Я хочу задать вам вопрос из тех, которые как правило не задаю в служебных рамках. Но ситуация сложилась слишком щекотливая, и речь идёт о близком друге, которому я многим обязан. Поэтому я всё-таки позволю себе бестактность и спрошу. Какие отношения связывают вас с доктором Уолксом?
Если бы в этот момент я стояла, то, наверное, села бы от неожиданности. Но я уже сидела, а переходить в лежачее положение при капитане было как-то не комильфо, поэтому я просто судорожно сглотнула.
Какие отношения связывали меня с Брэном? Помимо того, что я чуть не вышла за него замуж?
- Э-э-э… Боюсь, мне несколько сложно ответить на этот вопрос, - осторожно произнесла я, сказав, впрочем, чистую правду. – Если бы вы могли уточнить, что конкретно имеете в виду…
- Хорошо, - кивнул Макнэлл, - я могу скорректировать свой вопрос. Какие отношения связывают вас с Тимоти Далтоном?
Я пару раз моргнула, приложила пальцы к вискам. С Тимоти Далтоном? Известным артистом из старинных фильмов? Ах, да. В голове прояснилось. Тим. Никакой не Далтон, конечно, зато артист ещё тот. И какие нас связывали отношения? Кроме того, что я и за него чуть замуж не вышла?..
- Исключительно дружеские, - ответила я, не покривив душой.
Но капитан, похоже, не слишком-то мне поверил.
- Понимаете, Марина, я ведь не пытаюсь склонить вас в ту или иную сторону. Мы все взрослые люди, и подобные решения каждый принимает сам. Но вам не кажется, что было бы честно просто сказать человеку напрямую: с этого момента нам с тобой не по пути? Брэн – зрелый мужчина, уверяю вас, он нормально воспримет такое заявление и отлично с этим справится. Но то, что происходит сейчас, слишком проблематично. Ведь, насколько мне известно, сегодня на Истерне ваши отношения с Далтоном всё-таки вышли за грань дружеских, и, что самое главное, наш общий знакомый видел это своими глазами. Повторюсь: это ваше личное дело, и я, строго говоря, не имею права вмешиваться, но мне очень не нравится то, как реагирует на ситуацию Брэн. Такое поведение крайне для него нетипично.
Теперь я, кажется, начинала что-то понимать. У того спектакля, который мы с Тимом разыграли сегодня в парке, оказался ещё один, случайный, зритель. Который тоже давал показания в полицейском участке и потому прогуливался в том же районе города, что и мы. И которому я совершенно не хотела показывать того, что ради спасения Тима пришлось продемонстрировать полицейскому.
Стоп, нетипичное поведение?
- А что случилось? – встревожилась я. – Где он сейчас?
- У себя, в медотсеке.
- Пойдёмте туда!
Я подскочила с койки.
- Ну пойдёмте, - немного помешкав, принял решение Макнэлл.
Отремонтированная дверь была прикрыта, но не заперта, и капитан, резким движением заставив её отъехать в сторону, занял образовавшийся проём. Мне оставалось стоять позади и подниматься на цыпочки, чтобы взглянуть ему через плечо. В медотсеке царил привычный порядок, однако внимание привлекала высокая бутылка минеральной воды с отвинченной крышкой и ещё какой-то сосуд, стоявший рядом с ней на рабочем столе.
Заметив нас, Брэн вопросительно приподнял брови и, сделав приветственный жест рукой, зашагал ко входу. Выглядел он, как всегда, безупречно: рукава аккуратно закатаны, рубашка расстёгнута ровно настолько, насколько это позволительно, волосы причёсаны. Спину держал прямо, даже шёл довольно-таки ровно. И только некоторая замедленность движений, редкое покачивание из стороны в сторону (будто он внезапно терял равновесие) и чуть менее чёткая, чем обычно, речь указывали на то, что док мертвецки пьян.
- Чем обязан? – полюбопытствовал он, остановившись напротив капитана. – Кого-нибудь нужно заштопать? Или, наоборот, разрезать?
- Брэн, чем ты, по-твоему, сейчас занимаешься? – попытался воззвать к чувству долга бортового врача Макнэлл. – Ты вообще-то на службе, не забыл?
- Помню, - заверил док с бравадой, совершенно не свойственной ему в трезвом состоянии. – Я занят своими прямыми обязанностями.
- Какими? – со вздохом протянул капитан.