— Мы собираемся посмотреть, какую мебель можно взять в аренду, — сказала я ему. — Вернее, элементы декора. Я хочу посмотреть, какие есть варианты для нашего следующего представления, и надеюсь найти вдохновение.
— Ты смотришь на мебель для вдохновения? — поинтересовался Джош, одновременно с недоверием и любопытством.
— Я ищу вдохновение повсюду, — сказала я, немного съежившись от того, насколько банально это прозвучало. — Но в данном случае, это практическая форма вдохновения. В этот раз у нас сжатые сроки, и в арендованном месте есть все необходимое, нам не придется беспокоиться об установке декораций или пытаться найти то, что соответствует проекту.
— Разве это не накладывает ограничения на твой творческий выбор?
Я взглянула на него, не в силах совладать с собой. Это был хороший вопрос, и казалось, что он был искренне заинтересован.
Я посмотрела на него, не в силах удержаться. Это был хороший вопрос, и он выглядел искренне заинтересованным. Кроме Элли и Джоанны, которые обе были театралами с большой буквы, всякий раз, когда я говорила о пьесах и постановках с другими людьми, их глаза стекленели.
— На самом деле, параметры иногда могут помочь, — сказала я ему. — Слишком много вариантов — это тоже плохо. Ограничения могут сузить фокус и вынудят придумать креативное решение проблемы. А проблемы есть всегда. Особенно, если ты откладываешь выбор материала на слишком долгий срок.
— Полагаю, именно это и произошло, — отметил он.
Я кивнула.
— У нас уже должен быть отбор участников, — сказала я ему. — Мы все еще даже не устроили первый раунд прослушиваний.
Когда я поняла, какую пьесу мы будем ставить, я сразу же позвонила Джоанне, и она получила пресс-релиз. С этого момента все должно было двигаться с бешеной скоростью. Я буду жить и дышать шоу.
— Так что же вы в итоге выбрали? — спросил Джош. — Какая следующая постановка у «Дыры в стене»?
— «Сон в летнюю ночь».
Джоанна была в восторге от моего выбора, но я не могла сказать, был ли этот восторг от выбранной мною пьесы, или потому что я наконец-то вообще хоть что-то выбрала.
— Шекспировская комедия, — он замолчал. — Это про того парня с головой осла?
— Да!
Хотя Шекспир и был широко известен, редко можно встретить людей, которые знают разницу между различными пьесами.
— Да, эту я знаю.
Джош наморщил лоб, размышляя:
— «Я вижу их плутовство; они хотят сделать из меня осла, напугать меня, если смогут. Но я не сдвинусь с этого места…» Или что-то типа того.
Я повернулась к нему, забыв про свое обещание не смотреть на него.
— Ты помнишь Шекспира? — спросила я, откровенно уставившись на него.
Он небрежно пожал плечами, как будто делал подобного рода вещи все время.
— Сестра, одержимая театром, помнишь?
Это не помогло мне держать под контролем быстро растущее влечение к Джошу. Горячий парень, который знает Шекспира? Наизусть? Мне крышка.
— В этом нет ничего особенного, — он потер затылок, казалось, его смутило то, как нагло я пялюсь на него.
— Ну да, конечно.
Я быстро отвернулась.
— Так почему же ты выбрала именно эту пьесу? — спросил он.
Я покраснела.
— Ну, это просто пришло ко мне, — сказала я ему, не желая признавать, что это решение пришло после того, как я подумала о театральной природе неразделенной любви. О которой я начала думать из-за него.
Он приподнял бровь.
— Правда?
Я завозилась с ручкой от сумки.
— Мне нравятся шекспировские комедии, — сказала я ему, и это было правдой. — В них есть много забавного, того, что можно по-разному переосмыслить.
— И именно это ты ищешь в мебельном магазине? — уточнил Джош. — Как ты собираешься переосмыслить это?
— Ну... Я знаю, что хочу сделать более современную адаптацию, но пока точно не решила, насколько современную.
И вот мы подъехали к магазину. Джош заплатил за такси прежде, чем я успела предложить, и отказался от денег, которые я попыталась отдать ему. Я сунула деньги обратно в сумку и быстро собрала свои вещи, пока он выходил из салона. Прежде чем я успела сделать то же самое, он обошел вокруг машины и подошел с моей стороны, открыл дверь и протянул мне руку. Я не могла вспомнить, когда в последний раз кто-то помогал мне выбраться из такси — тем более, что я на самом деле не помнила, как Джош сделал это, когда была пьяна.
Я мгновение смотрела на его руку, прежде чем принять ее. А потом сквозь меня прошел электрический разряд.