— Зачем? — Джош еще немного откинулся, склонил голову набок, как будто действительно обдумывая мой вопрос. — Ну, потому что считаю тебя сексуальной.
Я пыталась издать недоверчивый смешок, но получилось фырканье.
— Я не сексуальная, Джош, — сказала я ему. — Я интересная. Или причудливая. Или, в хороший день, милая. Но никак не сексуальная.
— Правда?
Его взгляд скользнул вниз по моему телу, и вдруг мне стало жарко. Как будто я вся горела. Потому что его глаза, казалось, смотрели сквозь мою одежду.
— Да.
Я скрестила руки на груди, словно защищаясь.
— Правда.
Он повторил мою позу.
— Так почему же я все еще хочу поцеловать тебя?
— Я… ну... — я снова потеряла дар речи, не зная, что сказать, но потом посмотрела на себя. — Потому что я обманула тебя.
— Ты обманула меня, — повторил он.
Я развела руками.
— Я обманула тебя этим платьем. Этими волосами, — сказала я, дергая себя за локоны. — Туфлями и контактными линзами.
Я махнула рукой в сторону кухни.
— Я заставила тебя думать, что я могу быть одной из этих девушек. Девушкой, которая умеет флиртовать, ходить на каблуках, носить яркие платья и говорить о вещах, не связанных с театром или Шекспиром. Но я не умею.
Долгое время Джош молчал. Сердце бешено колотилось в груди, и я была уверена, что сделала это. Что отпугнула его. Испугала своей честностью и своими проблемами, и что через несколько коротких мгновений он уйдет, и все это будет не более чем еще одна ужасная, неловкая неудачная романтическая встреча. Просто еще одна причина, чтобы добавить ее к моему списку причин, по которым я никогда не должна ни с кем встречаться.
Но Джош не ушел.
Он улыбнулся. Настоящей улыбкой. Улыбкой рода упасть-к-твоим-ногам.
— Во-первых, — сказал он. — Мне нравится, когда ты говоришь о Шекспире и театре. Это очень интересно. Ты очень интересный человек. Во-вторых, мне плевать, носишь ли ты яркую одежду или каблуки. И мне нравится, что ты не умеешь флиртовать, потому что я ревнивый парень, а это значит, что ты не будешь флиртовать ни с кем, кроме меня.
У меня отвисла челюсть, но прежде чем я успела что-то сказать, он прижал палец к моим губам.
— А что касается контактных линз, — он махнул рукой в сторону кухни. — Мне нравятся твои очки.
Он мягко отодвинул их к кончику моего носа.
— И мне нравятся твои волосы.
Он поймал прядь волос, обмотал вокруг своего пальца и дернул, притягивая меня ближе к себе. Мое сердце замерло.
— А это платье, — его руки нашли мои бедра. Я чувствовала их тепло даже сквозь льняную ткань. — Признаюсь, без него я бы смог обойтись.
Он одарил меня такой греховной ухмылкой, что у меня даже пальцы ног вжались в ковер.
— Но думаю, я справлюсь с этим.
А потом его губы опустились на мои.
Глава 20
РИГАН
Ничто не могло подготовить меня к этому поцелую. Последний наш поцелуй был не сравним с ним. Тот поцелуй начинался мягко и неуверенно. В этом же поцелуе не было ничего робкого. Джош знал, чего он хочет, и брал это. Он все держал под контролем. Этот поцелуй был грубым, напряженным и невероятным. Он поцеловал меня так, словно хотел что-то доказать.
И это меня взбудоражило. Потому что девушек вроде меня так не целуют. Не целуют так отчаянно и страстно. Как будто это необходимость. Потому что я чувствовала, что Джошу это необходимо. Чувствовала это по тому, как его губы жадно прижимались к моим. По тому, как его горячий язык проникал в мой рот, а его пальцы впивались в мои бедра, когда он прижимал меня к медному изножью моей кровати.
И моя необходимость в нем была аналогичной. Я была без ума от этого, обвивала руками его шею, выгибаясь всем телом ему навстречу. Когда я это сделала, он простонал, звук был низким и глубоким, и я почувствовала это, моя грудь прижалась к его груди, вибрация прошла через нас обоих. Я также чувствовала его толстый, твердый член, прижимающийся к моему животу. Он оторвал свои губы от моих, двигаясь, потом стал горячо покусывать — целовать мою челюсть, опускаясь вниз к моему горлу. Моя голова откинулась назад, когда он продолжил свою атаку вниз, стон вырвался со вздохом.
— Риган Беннет, — сказал он между поцелуями. — Ты интересная, необычная и милая. — Я почувствовала, как он улыбнулся, уткнувшись мне в ключицу. — А еще ты чертовски сексуальна.
Он отстранился и положил палец мне на подбородок, поднимая мои глаза к своим. Они пылали желанием, нуждой.
— И я собираюсь доказать тебе это, — сказал он.