— Он чувствует себя преданным, — я закрыла лицо руками. — Вчера вечером мы столкнулись с Патриком.
— О. — Джоанна села на диван рядом со мной. — Ты его ударила?
— Нет, — мне казалось, что я снова разревусь. Он рассказал Джошу, кто я. Что у моих родителей есть деньги. А потом, — рыдание вырвалось из моего горла, — он сказал мне, что мои родители платили ему, чтобы он встречался со мной.
— Он так сказал? — Джоанна широко раскрыла глаза. — При Джоше? И Джош не ударил его?
Я покачала головой.
— Я сама ему врежу, — сказала Джоанна, вставая. — Я врежу им обоим.
Я снова заплакала, вспомнив выражение лица Патрика. Самодовольная жестокость. И то, что было на лице Джоша. Предательство. Гнев. Я так сильно хотела, чтобы Джош сказал что-нибудь Патрику. Чтобы он защитил меня. Но он этого не сделал. Он был слишком зол. И я не могла винить его за это.
— Ты объяснила, почему сменила имя? — спросила Джоанна. — Конечно, он бы понял, если бы ты рассказала ему о своих родителях.
— Он был слишком расстроен, — сказала я ей. — Он и слушать не хотел. Сказал, что я просто странная маленькая богатая девочка, — мой голос дрожал. — Играющая в режиссера.
Я снова разрыдалась. Как будто я заново переживала все свои ссоры с родителями. Презрение на лице Джоша. То, как слово «странный» вылетело из его уст, словно пуля. Та, что поразила мишень внутри меня, уничтожив смелость и уверенность, на создание которых я потратила долгие годы.
— Вот гад, — пробормотала Джоанна.
— Это бы не продолжалось долго, — устало сказал я. — Просто не могло.
— Ну, не в том случае, если он такой гад.
Голос Джоанны был тверд, и я не смогла сдержать слабой улыбки.
— Мы слишком разные, — сказала я. — Он типичный американский парень, а я... — я указала на себя сверху вниз. — Я — это я. Странная, странная я.
— Прекрати, — сказала Джоанна, беря меня за руку. — Если он не может принять тебя — странную, странную тебя — тогда он идиот. И не заслуживает тебя.
— Ты говоришь это, потому что должна, — сказала я ей. — Потому что ты моя подруга.
Джоанна пристально посмотрела на меня.
— Я ни черта не должна делать. Потому что технически ты моя подчиненная.
Она встала, подошла к своему столу и достала бутылку виски.
— Что означает, что это прямой приказ.
Она наполнила стакан и протянула его мне.
— Пей или я тебя уволю.
— Сейчас десять утра, — заметила я.
Она налила себе стакан и сделала большой глоток, а потом показала на мой стакан.
— Это приказ, — сказала она. — Ты хочешь, чтобы тебя уволили?
Я сделал глоток.
— Хорошо, — сказала она, садясь за свой стол. — Теперь мы придумаем, как будем мстить.
Глава 29
РИГАН
Разумеется, никакой мести не замышлялось. Мы еще немного выпили, и как только Джоанна заявила, что я выгляжу по-человечески, а не как «ходячее определение несчастья», она позволила мне уйти из кабинета и вернуться к репетиции.
Элли, которая совещалась со своей съемочной группой, вопросительно посмотрела на меня, но не подошла, чтобы спросить прямо. Я была ей за это благодарна. Я действительно не хотела говорить с ней о ссоре, которая произошла между мной и ее братом.
Это была плохая идея — связываться с Джошем. Теперь я это понимала. Но оглядываясь назад, я не могла быть непредусмотрительной и все такое, когда была в центре чего-то, что казалось слишком хорошим, чтобы быть правдой. Мне следовало бы довериться этому инстинкту. Той части меня, которая ждала подвоха.
Я сунула свой телефон на дно сумки, заставляя себя не смотреть на него, не проверять сообщения или пропущенные звонки от Джоша. Скоро у нас первые выступления, и я должна сосредоточиться на них.
Театр выглядел прекрасно. Наши сценографы проделали изумительную работу, превратив это место в идиллический маленький городок, и каждая декорация была буквально наполнена ностальгией. Актеры были одеты в соответствующие эпохе костюмы, но каждый со своей маленькой причудой, что-то, что указывало на то, что вещи не такие, как кажутся. У одной из актрис были блестящие красные каблуки — как у Дороти, контрастирующие с ее мягкой, скромной юбкой и свитером. У другой волосы были уложены в стиле персонажей Доктора Сьюза (прим. Доктор Сьюз - американский писатель, более всего известный детской литературой. Автор создал таких культовых для зарубежных читателей персонажей, как Гринч, Лоракс, Хортон, Кот в шляпе, ктошки). Еще на одной были огромные очки, которые светились в темноте.
По мере развития пьесы, когда персонажи попадали под чары фей и волшебный мир приближался к ним, их костюмы становились все более и более дикими и странными. Я сидела в зале и наблюдала за нашей первой генеральной репетицией, затаив дыхание, каждый раз, когда появлялся очередной костюм.