— Кэм…
— Нет, Джим. Если этот мальчик ступит в эту школу, то будут последствия.
Дархауэр бросает на меня быстрый, испуганный взгляд, который говорит о многом. Он ненавидит, что родители учеников разговаривают с ним таким образом, и он ненавидит, что я здесь, чтобы быть свидетелем этого. Честно говоря, мне бы очень этого не хотелось. Он выпячивает грудь и барабанит пальцами по столу.
— Угрожать мне неразумно. Я уверен, что Карен это слышала.
— Ну и что с того, что она, бл*дь, это слышала? Карен — хороший человек. Возможно, она уже готовит заявление об уходе, пока мы тут разговариваем. Я ни на секунду не могу себе представить, что она захочет продолжать работать на человека, который позволил бы такому ужасному событию произойти в его присутствии. Я буду откровенен. Ты позвонишь тому, кому поручили присматривать за этим ублюдком Уивингом, и скажешь им, чтобы они держали его подальше от школы Роли. Если ты этого не сделаешь, я сам поеду в Беллингем и обойду все газеты и радиостанции, какие только найду, и выложу им все это так же, как только что выложил тебе, и посмотрим, что они об этом подумают. А когда я закончу в Беллингеме, то поеду в гребаный Сиэтл и там сделаю то же самое. Я дам им твой личный адрес и номер твоего мобильного телефона. А потом, когда я всех хорошенько разозлю, напомню им о перестрелке, которая произошла здесь не так давно, и о той очень волнующей речи, которую ты произнес перед моим ребенком о том, как ты собираешься улучшить…
Директор Дархауэр заметно дрожит, откидываясь на спинку стула.
— С какой целью, Кэмерон? Да и что толку от всего этого? Пробуждение болезненных воспоминаний только причинит боль…
— Мне все равно, кому это причинит боль, — шипит отец. — Я забочусь о своей дочери и о том дерьме, через которое она прошла. А теперь сделай этот звонок прямо сейчас, черт возьми, пока я сижу здесь, перед тобой, или, клянусь всем, что мне дорого, я быстро стану твоим худшим гребаным кошмаром.
Глава 27.
Приглушенная болтовня просачивается в коридор, выплескиваясь из щелей под дверями классов, когда учителя отмечают своих учеников одного за другим. Я должен был бы находиться в своём классе и мычать в ответ, когда произносят мое имя, но мой идеальный послужной список сейчас не имеет значения. Мэйв и Ронда могли бы оставить голосовое сообщение, жалуясь на снижение посещаемости, но, честно говоря, мне все равно. У меня есть зуд, который нужно почесать, и это не тот зуд, который просто исчезнет сам по себе. Оставленный без контроля, этот зуд превратится в полномасштабную одержимость, способную вызвать некоторые серьезные проблемы.
Из-за угла слышатся быстрые и настойчивые шаги, эхом отражающиеся от стен и становящиеся все ближе. Я делаю шаг назад вглубь дверного проема в мужской туалет, желая спрятаться в тени. Вот только когда мистер Френч появляется в поле зрения, он сконцентрирован на двери напротив меня, и не замечает, что я притаился в засаде.
Он коротко стучит в дверь классной комнаты, но не дожидается, разрешения и входит внутрь. Я мельком вижу сидящих за своими партами, лица обращены к мистеру Френчу, когда его приглушенный голос нарушает их утренний ритуал.
— Мисс Джарвис, извините, что помешал. Мне нужно увидеть Джейкоба Уивинга.
Дверь закрывается, закрывая мне вид на заинтригованные лица за дверью и блокируя звук. Я подпрыгиваю на цыпочках, нетерпение бурлит в моих венах. Теперь уже в любую секунду. В любую секунду…
— ЭТО... ТАК НЕЛЬЗЯ... ЧУШЬ СОБАЧЬЯ!
Только половина возмущенного крика Джейка доносится из-за двери класса, но я улавливаю суть. Он устраивает сцену. Я мысленно представляю себе Джейка, сидящего за своим столом, источающего развязность, самодовольство, как отвратительный ублюдок, планирующий, как лучше всего дразнить девушку, которую я люблю, своим присутствием. А потом Джейк заподозрил неладное, удивляясь, почему его уже выгоняют из класса, когда день еще даже не начался. Джейк задавал вопросы, требовал ответов. И вот теперь он теряет свой гребаный рассудок, когда этот несчастный ублюдок Френч пытается «управлять» им.
— Нет! Я не... никуда. Я... это мое право! Копы... пожалеете, что... руки прочь от меня, ты…
Я ухмыляюсь в воротник своей кожаной куртки, как больной ублюдок, которым я и являюсь. В классе раздается скрип стульев и сдавленный крик. Затем раздается громкий стук, и пронзительный голос мисс Джарвис переходит в испуганный визг. Через секунду дверь класса открывается, и оттуда вырывается неразбериха звуков и движений. Джейк спотыкается, хватаясь за дверной косяк для равновесия. Неужели Френч только что толкнул его? Боже мой, неужели он все это время был скрытым задирой?