– Да мы и не планировали удерживать, – развел руками ректор, – пусть Сайн сам примет решение.
От взгляда не укрылось то, как ректор Академии Судьбы подмигнул мне. Неужели он что-то знает?
– Сайн? – отец парня навис над ним мрачней грозовой тучи.
– Я не знаю, – мое сердце пропустило удар от услышанных слов, – с одной стороны, я ничего не теряю. Уровень образования в столице не хуже, чем в Лириненсе, да и дар открывает новые возможности для будущего, а с другой…
– А с другой – ты помрешь, как и все те несчастные дети!
– Да не собираюсь я помирать, – взорвался парень, – прекратите уже. Даже если такое случится, то такова жизнь. Магистр Мэрали, я согласен остаться в Академии Судьбы.
– Ах ты бессовестный мальчишка!
Мадам Ларно вновь подняла руку только уже у лица сына, но ее перехватила чья-то рука.
Я не успела заметить, как магистр Финэ так быстро оказалась рядом с ними, но это именно она спасла Сайна от пощечины.
– Я порошу вас не поднимать руку на моего студента, – голос декана Финэ напугал меня, – отныне он под защитой Академии Судьбы, короны и лично моей. Если вы сейчас же не оставите его в покое, то я запрещу ему поддерживать с вами общение до конца выпуска!
В кабинет тихо зашла секретарь ректора Дэни и передала ему какие-то бумаги. Бегло прочитав их, Мэрали обратился к семье Ларно:
– Я подал прошение на оказание некой помощи вашему роду, – удивленные лицо родителей Сайна явно веселили нашего ректора, – и мне ответили согласием, но не все так гладко.
– О чем вы?
– Ваш сын будет учиться в нашей Академии бесплатно и, будет получать повышенную стипендию, а это очень приличные деньги. А вот как он захочет ими распоряжаться зависит только от вас. Корона же поможет вам лично только в плане дополнительных земель и урегулированием документальных вопросов. Такой расклад вас устроит?
Родители Сайна переглянулись. Неужели они еще и недовольны?
– Устроит, – наконец принял решение глава семьи, – но с тобой мы еще поговорим!
Интересно это у них всегда такое общение друг с другом или же только для зрителей разыгрывают драму?
– Вот и отлично, – ректор натянул улыбку на свое лицо, – не смею больше задерживать.
Семейство Ларно удалилось из кабинета с высоко поднятыми головами, будто бы не было этой унизительной сцены буквально минуту назад. Надеюсь, что я больше их не встречу.
Сайн облегченно плюхнулся в кресло, да и я смогла сесть на освободившийся стул.
– Да уж, – протянул Шатран, – тяжелый случай. И как ты с ними жил?
– Они не такие плохие, – слегка успокоился Сайн, – но им действительно нужна моя помощь.
– Мы не запрещаем тебе помогать им. Денег со стипендии хватит на личные расходы и на помощь семье.
– Спасибо вам!
– Главное, что мы утрясли вопрос с твоим пребыванием здесь, – ректор поднялся и прошелся по кабинету, – и молодец, что принял решение сам.
– Принять решение мне помогла Исарин.
От удивления я открыла рот и тут же закрыла.
– Я?
– Меларис, вот почему я совершенно не удивлена, что без тебя здесь не обошлось? – магистр Финэ по-доброму улыбнулась мне еще раз, это немного настораживает.
– Исарин рассказала мне всю свою историю и о том, что тогда произошло. Я ей просто поверил.
Во взгляде Сайна заметила тепло и доброту, что порой так не хватает одинокой душе. Я засмущалась и расплылась в улыбке.
– Хорошо, – ректор отвернулся от окна и посмотрел на нас, – но я надеюсь, что ты понимаешь всю степень ответственности, которая впредь будет преследовать тебя?
Сайн задумался.
– Пока не очень, но я постараюсь сделать все от меня зависящее. Моя жизнь так резко изменилась, что я даже не успел пока все четко осознать. Мне нужно время.
– Пока оно у тебя есть, но в любой момент может стать слишком поздно!
Отпустили нас ближе к ужину. Сайну разрешили покинуть лечебницу, но с условием показываться лекарю два раза в день для проверки его восстановления.
– Сходите на ужин, а после проводи его в общежитие, – дала указания магистр Финэ, – а мы пока заселим его и доставим вещи.
– Ну что, пошли на твое первое поле боя?!
– В смысле? – удивился парень. – Нам же на ужин надо, я зверски голоден.
– Так я про ужин и говорю.
– У вас принято драться за еду?
– О нет, у нас нынче принято не любить божественных детей. Скоро поймешь!
– Вот как, – парень задумался, но продолжал рассматривать все вокруг, – а тут красиво.
Отвечать я не стала. Чувство приближающихся неприятностей накрыло с головой, как только показались двери столовой.