Двадцать третья глава - Стыд и ненависть
Магистр Шатран меня убьет! Только мое свидание могло превратиться в оперативную спасательную операцию. Судьба, спасибо, ты нашла удачный случай от меня избавиться…
Секундная задержка и мы все кинулись к входу в склеп. Од оказался ближе всех и первым попытался отворить дверью прямым ударом ноги, но та не подалась.
Янир переглянулся с другом и, получив на свой немой вопрос короткий кивок, маги одновременно ударили единым потоком энергии. Каменные створки поддались под натиском силы и отворились, поднимая в воздух облако из пыли, паутины и многовековой грязи.
Как только облако чуть осело, а мужчины откашлялись, они вошли в склеп. Я последовала за ними.
– Иса, – остановил меня рукой Янир, когда я перешагнула порог склепа, – останься здесь, а лучше отправляйся в Академию, мой экипаж тебя доставит.
– Да вот еще, – возмутилась в ответ, – я с вами и это не обсуждается.
– Это может быть опасно! – крикнул он.
– И что? – искренне спросила я. – Если бы Судьбе была угодна моя смерть, то она бы сделала это еще раньше. Пока я тут и почти все дети Судьбы вместе, а это значит, что моя песенка еще не спета. И не нужно поднимать на меня голос!
Я отдернула руку мужчины и прошмыгнула мимо него вниз по ступенькам прямиком на крики. Спускаться по узкой лестнице на каблуках и в платье безумно не удобно, а так как во времена постройки склепа не подумали о перилах, то приходиться держаться за грязные стены. До конца спуска я добралась достаточно быстро, но у прикрытой деревянной двери столкнулась с Одом.
– Ты чего не заходишь? – крикнула я, как только заметила его.
– Да там ослепнуть можно, – ответил маг.
Яркий свет просачивается через каждую щель в потрескавшейся древесине. Нам остается ждать, слушать крик и скрежет камней.
Несколько минут спустя все резко прекратилось. В туннеле стало темно и очень тихо.
– Это все? – спросил Од, зажигая световой энергетический шар.
– Сейчас и узнаем!
Янир открыл дверь и первым вошел в усыпальницу, Од и я следом.
В просторном помещении пахнет гарью и чем-то паленым. Вокруг летает пыль, а с потолка свисает не меньше метра паутина. Даже знать не хочу, что за паук ее сплел. Вокруг грязь и разбросан всякий мусор. Видимо осквернение могил не брезгают во всех Мирах…
В центре помещения как тому и положено расположен каменный постамент, под толщей которого находится тело упокоенного здесь мага, а на постаменте тело, что должно быть как минимум живым и как максимум невредимым.
Мы подошли ближе к центральной композиции всего происходящего в этом помещении. Тело молодого парня лежит неподвижно без каких-либо признаков жизни. Черный костюм, неестественно белая кожа и длинные волосы цвета ночи, переплетенные в небрежную косу – все это прекрасно сочетается с грубыми чертами лица худощавого парня. Типичный некромант.
– Он вообще жив? – прошептал Од, поднося к лицу парня световой шар.
Я осторожно коснулась пальцем его руки и сразу же отпрыгнула от постамента, испугавшись того как неподвижное тело вдруг резко приподнялось.
– О, Судьба, – сказала я, пытаясь успокоиться, – точно смерти моей желаешь!
– Ты нас слышишь? – Янир подошел вплотную к парню и помахал перед его лицом рукой, но тот даже не моргнул.
– Ну, он жив, – констатировал Од, – уже хорошо. А что с ним дальше делать?
– Ему в Академию надо, – сказала я довольно очевидную вещь.
– А что он вообще тут забыл? – спросил Янир. – И почему от него так алкоголем пасет?
Я задумалась и принюхалась. А ведь действительно! Что собственно здесь произошло? Почему он оказался ночью на кладбище? И, судя по количеству пустых бутылок, пьяный в хлам. Для некроманта это, конечно, нормальное событие, но вот чтобы так бесцеремонно вторгаться в Мир духов и осквернять святые для некромантов места, это уже перебор.
– Может его встряхнуть хорошенько? – предложил Од и потянулся к парню.
– Стой, – закричала я.
От крика будто бы содрогнулись стены подземной усыпальницы, и некромант повернул голову в мою сторону. От взгляда его черных глаз стало не по себе, и я невольно сделала шаг назад.
Он наклонил голову в разные стороны, видимо разминая затекшую шею, и спрыгнул с постамента. И сделал шаг ко мне.
– А ну-ка притормози, – возник между нами Янир, – ау, ты меня вообще слышишь?
– Слышу, – сказал парень, пошатываясь, – но разговаривать буду только с ней.
Он показал меня.
– Может, поможем ему протрезветь? – все не унимается Од.
– Да подождите же вы, – гаркнула я на своих «защитников» и вышла из-за спины Янира, – что ты хочешь мне сказать?