— Тебе нравится так? — хрипло прошептал он.
В ответ она лишь громко застонала и выгнулась навстречу его рукам.
Затвердевший набухший пенис упрямо требовал исполнения своего предназначения. В мозгу Тристана рисовались опасные картины. Он хотел, чтобы Тесса оседлала его, широко раздвинув ноги, и тогда он войдет в нее… Нет, он не смел лишить ее девственности. У него не было на это никакого права.
— Тесса, милая Тесса, — бормотал он, целуя ее грудь и одновременно продолжая ласкать самое эрогенное место между ног. Он чувствовал, что ее оргазм уже совсем близко.
И вот она напряженно выгнула спину и громко вскрикнула. Потом обессиленно упала в его объятия.
Тристан поцеловал ее влажную щеку.
— Тесса, дорогая, милая моя…
— Я словно плыву куда-то, — пробормотала она счастливым голосом.
Неудовлетворенное желание причиняло ему физическую боль. Не думая ни о чём, он инстинктивно прижался к ней напряженным пенисом, но от этого ему стало еще хуже.
Он невольно застонал и откинул голову на спинку сиденья.
— Я сделала тебе больно? — встрепенулась Тесса, все еще сидя у него на коленях.
— Подожди, не двигайся, — простонал он. — Нет, лучше пересядь… На сиденье.
Она послушно соскользнула с его колен. Он снова застонал, скрипя зубами.
— Что с тобой, Тристан?
Он взглянул на нее и тут же понял, что совершил ошибку. Вид ее припухших от поцелуев губ едва не заставил его взвыть от недостижимости такой желанной цели!
Она неожиданно положила руку ему на грудь, и Тристан сделал глубокий вдох, чтобы удержаться в рамках приличия. Ее пальцы стали быстро двигаться вдоль камзола, и он с изумлением понял, что она расстегивает на нем пуговицы!
— Тесса, не надо, — предостерегающе прошептал он.
— Тс-с-с! Тише!
Потом она выдернула из брюк широкую рубашку… Тристан попытался было остановить ее, но когда ее руки скользнули под рубашку и двинулись от живота вверх к груди, он потерял всякую способность к сопротивлению.
— У тебя такая горячая кожа, — прошептала она.
Сейчас он ее остановит. Ее необходимо остановить. Ее прикосновения буквально обжигали его, распаляя и без того разбушевавшееся вожделение.
Потом ее руки медленно двинулись вниз, и ему пришлось сжать зубы, чтобы не застонать от наслаждения. Ему становилось все труднее сдерживать себя от желания овладеть ею по-настоящему, как это предназначено самой природой.
Тут ее пальцы добрались до застежки на брюках. Тристан схватил ее за руку и встревоженно прошептал:
— Нет! Тесса, нет!
— Разве ты не хочешь, чтобы я прикасалась к тебе?
Ее голос прозвучал так сексуально, что у него чуть не наступил оргазм.
— Нельзя, — с трудом выговорил он сквозь зубы.
— Почему?
Он тяжело вздохнул — она просто не понимала, что может произойти дальше!
— Это все равно что встряхнуть бутылку с шампанским, а потом вынуть пробку! — прошипел Тристан, силясь справиться с взбунтовавшимся мужским естеством.
— Ах вот оно что! — разочарованно протянула Тесса. Это было для него неожиданностью. Он хотел, чтобы она настояла на своем, чтобы она помогла ему достичь оргазма, чтобы она… Нет, он хотел слишком многого. И не имел на это никакого права. Она внезапно поцеловала его в губы и прошептала:
— Только не двигайся!
Взяв его сюртук, она пошарила в его карманах и с торжествующим видом достала оттуда белоснежный носовой платок.
Когда он понял ее намерение, ему пришлось приложить немало усилий, чтобы заставить себя отказаться.
— Нет, я не могу позволить тебе…
Она вложила в его пальцы белый платок и помахала его рукой:
— Это твой белый флаг. Сдавайся!
— О Боже…
— Очень похоже на заявление о полной капитуляции. Она одарила его улыбкой сирены и стала медленно — невыносимо медленно! — расстегивать пуговицы на его брюхах. Потом развязала шнурок на нижних панталонах, и оттуда чуть ли не выпрыгнул давно требовавший свободы твердый пенис. Глаза Тессы удивленно округлились, она осторожно прикоснулась к мужскому богатству и остановилась в нерешительности. Потом посмотрела в глаза Тристана, и он понял, что проиграл эту битву.