— Так лучше, — сказала Мика. Но она знала, что Калвин и Хебену было больно пройти так далеко, но не проникнуть на собрания двора. Конкурсы поэзии, банкеты и вечера проводились в закрытых галереях, и они не могли проверить их, пока Калвин не пригласят.
На следующий день Мика пошла на базар. Каждый день сотни мастеров и торговцев расставляли лотки на крытом рынке. Там были изделия из золота, торговцы веерами, ремонт обуви, сладости. Торговцы склонялись над грудами товаров под навесами, пока придворные и их слуги ходили вокруг.
Мика медленно шла по рядам, замерла у красивых украшений на столиках. Она посмотрела на изящную решетку с тонкой тканью, удерживающей жар солнца. Базар был в тени и прохладе, было легко забыть, что они были в центре пустыни. Она склонилась, глядя на серебряные браслеты. Они были слишком большими для запястья человека, и Мика размышляла, пока не поняла, что их носили поверх расшитых перчаток.
Леди с нагроможденными волосами стояла рядом с Микой. При виде смуглой кожи Мики и обрезанных неровно волос она отодвинулась, задрожав от отвращения. Мика ожидала этого, но ей все равно не нравилось. Ее злило, что слуга леди, загорелый от солнца и ветра, посмотрел на нее свысока.
— Надутый индюк! — буркнула Мика, двигаясь дальше.
Она нашла ряд мастеров, делающих перчатки, на столиках лежали большие сияющие перчатки. Она рьяно осматривала товары. Там была пара, что подошла бы для Калвин: не слишком яркие, но очень красивые, из кожи, выкрашенной в голубой, с золотыми птицами и лунами. Толпа давила на спину Мики, когда она склонилась, стараясь не смотреть на пару, которую хотела. Она изучала перчатки с рубинами, быстро озираясь при этом. Торговец обслуживал леди в бело-розовом, которая рассматривала зеленые перчатки с серебряным кружевом и сиреневыми лентами. Толпа за ней расступилась, и Мика увидела жуткую фигуру в черном. Наверное, Амагис! Только он так одевался при дворе. Ее сердце забилось быстрее. Вызов стал двойным — нужно было уйти из-под носа посла.
Без колебаний она схватила голубые перчатки и спрятала в своей одежде. Тряхнув головой — не слишком быстро, спокойнее — она развернулась.
— Эй! — ее схватила рука торговца. — Ты что творишь?
— Не знаю, о чем вы! — Мика пыталась вырваться, но он сжимал ее крепко.
— Чу! Ты знаешь, о чем я, девчонка! Может, ты не платишь за покупки в Слизи, или из какого ты там морского города, но мы тут платим! — он с презрением говорил о морском городе. Толпа собиралась у лотка, бормоча. Лорды и леди качали головами, но осторожно, чтобы не испортить прически.
— Морские дикари… хулиганы… нельзя пускать!
— Пустите! Я ничего не делала! — Мика была в отчаянии. Если ее поймают на краже, без проблем не обойдется. Может, их допросят, начнут пытать, выгонят из Дворца… Она вскинула голову и попыталась посмотреть на торговца как можно мрачнее, но он был возмущен.
— Раздевайся. Живо! Или я попрошу стражу сделать это!
Он не шутил. Она не могла сбежать, толпа была слишком большой. Ей придется найти способ защитить от этого остальных. Мика медленно вытащила из одеяния голубые перчатки. Толпа недовольно застонала.
— Все в порядке. Это мои перчатки.
Мика удивленно обернулась и увидела девушку в розовом, что махала слуге открыть сумку в его руках.
— Я могу заплатить серебром или золотом, как скажете, — сказала она торговцу.
— Вы так добры, миледи. Но эта… мелочь украла. В этом проблема.
— Нет, — спокойно сказала девушка. — Я попросила служанку подержать эти перчатки, пока я смотрела те, зеленые, что вы мне показывали. Я еще не решила, какие мне нравятся больше. Но теперь решила. Я беру обе пары.
— Миледи, все было не так.
— Говорите, что я вру? Я? — голубые глаза леди опасно вспыхнули. Ее светлые волосы были в форме веера, и даже Мика видела, что ее бело-розовое одеяние было очень стильным.
Торговец сглотнул.
— Миледи, я такого не говорил.
— Тогда отпустите мою служанку и прекратите шуметь из-за моих вещей, — слуга леди тихо положил на стойку пару золотых монет. Торговец убрал руки от Мики. Она яростно потерла руку, которую он сжимал. — Спасибо, — леди в розовом повернулась к Мире. — Идем, — властно сказала она. — Мне нужно к императору в полдень.