Лицо Калвин обгорело на солнце, но она не просила Халасаа исцелить ее.
«Завтра буду осторожнее», — подумала она.
Ночью они забрались в палатки для сна. Дети сгрудились вместе, как щенки, чтобы согреться. Калвин лежала без сна рядом с Халасаа, слушая неровный ритм его дыхания во тьме. Она робко позвала его разумом:
«Халасаа. Ты спишь?».
Я не могу спать, — раздался ответ.
«Почему? Мы тут в безопасности, и Хебен на страже».
Я боюсь своих снов.
Даже тревожась, Калвин ощущала восторг от того, что могла говорить с другом в его стиле.
«Расскажи мне».
Голос Халасаа донесся до нее с неохотой:
Я тебе покажу.
Калвин смотрела во тьму, он вкладывал картинки в ее разум. Она видела глазами Халасаа, шла в его сильном теле.
Она была в пустыне ночью, была совсем одна. Три луны скрылись за облаком, было сложно видеть. Во все стороны тянулась пустошь, испещренная сухой травой и булыжниками. Холодный воздух был неподвижен, трава словно была сделана из камня.
Очень тихий шепот, она ощутила движение за собой. Она развернулась в теле Халасаа с его ощущениями, и она знала, как и он, откуда звук. Он говорил об убитых лесах. И теперь она слышала стоны боли деревьев, голоса бесконечной пытки. И она понимала, что, как река была из капель воды, так земля была сделана из деревьев и зверей, паутины живых существ, и когда жизнь на земле убивали, сама земля умирала в медленной агонии…
— Нет! — Калвин резко села в темной палатке, не замечая, что кричала. Мика забормотала у ее ног и перевернулась во сне.
Темные глаза Халасаа сияли в тени.
Не стоило тебе показывать.
«Нет… нет, ты был прав, — Калвин снова легла. — Но это лишь сон. Он не может вредить тебе».
Может, — Халасаа встал, укутался в длинное пустынное одеяние. — Я посторожу снаружи.
Калвин долго лежала без сна, но он не вернулся.
На четвертый день, вскоре после полудня, Халасаа коснулся руки Калвин, пока она направляла циновку. Она не перестала петь, но взглянула на него.
«Что такое?».
Неподалеку люди.
Калвин не могла перестать петь, чтобы сосредоточиться на ощущении жизни.
«Это солдаты?».
Халасаа слабо улыбнулся.
Не знаю.
Калвин махнула Мике остановить ветер. Циновки остановились друг за другом, дети и хегесу упали на них.
— Что такое? — крикнул Хебен.
— Неподалеку люди, — Калвин закрыла глаза и выпустила нити осознания. Напряженная, сначала она ничего не ощущала. Она открыла глаза и увидела Халасаа, глядящего на нее. Он мягко указал своими тонкими руками. Медленно. Она поняла и снова закрыла глаза, в этот раз притихнув, готовая слушать, а не рыская в тревоге. Она послала разум, словно полетела над пустыней, как ястреб на потоках ветра.
Через миг ее глаза открылись.
— Большой отряд, человек пятьдесят. Мужчины, женщины и дети. И… — она слабо улыбнулась, — хегесу. Много хегесу.
— Пастухи, — сказал Хебен. — Мы в землях Ибет.
Вин поднял глаза.
— Я — сын Ибет.
Хебен строго посмотрел на него.
— До сих пор? Твой народ не прогнал тебя?
Вин гордо поднял голову.
— Нет. Меня украли. Отец с братом поссорились. Дядя выдал меня солдатам и волшебникам.
Калвин вздохнула. Войны и склоки не прекращались во всем Тремарисе? Народ против народа, как Балтимар и Ренган, Клан против Клана, жители пустыни против жителей города, волшебники, мятежники, солдаты и придворные боролись друг с другом. Даже в одной семье брат был против брата.
Она сказала:
— Группа недалеко на юге. Нам скрыться или пойти к ним?
— Нам нужна еда, муки почти нет, — сказал Хебен. — Ибет суеверны, верят в волшебные силы. С ними можно договориться.
— Я их вижу! — закричала Мика, прикрывая глаза. — Я могу учуять их!
— Это хегесу, — сказал Хейд, который опекал шестерых хегесу. Калвин ощущала терпкий запах, как в загонах коз в Антарисе. А потом она услышала звон колокольчиков стада, они приближались.
Когда двум группам стало видно друг друга, пастухи остановились. Пару мгновений все ждали, глядели. Дети убрали ткань с лиц, чтобы их было видно, чужеземцы поспешили сделать так же. И Вин пошел вперед с Хебеном. Они протянули руки, показывая, что без оружия, и вожак кочевников пошел навстречу. Они быстро поговорили, и Хебен вернулся.
— Я сказал им, что у нас есть маги железа и ветра, целитель и та, что поет воду из воздуха. Вожак сказал, если мы наполним их фляги и починим палатки, нам дадут мешок муки. И… — Хебен робко посмотрел на Халасаа. — Среди них больная женщина. Ты можешь ей помочь?