- Зачем? – удивленно спросила я.
- Ты не хочешь? – с улыбкой прищурилась Лаки.
- Дело не в том, что не хочу, - проговорила я, пытаясь подобрать нужные слова, - мне, по большому счету, все равно, просто… Поверь, тебе это совсем не нужно! Ведь я пришла из мира, который на много веков опередил ваш мир по развитию, и в моей памяти очень много такого, чего ты просто не поймешь, не сумеешь понять! И, скорее всего, тебя это будет мучить всю оставшуюся жизнь, а жизни ваши, поверьте, будут очень и очень длинными. Я даже не знаю, с чем сравнить ту ношу, которую ты хочешь на себя взять. Это все равно, что…
- Неважно, - мягко проговорила Лаки. – Не беспокойся об этом.
- Ты точно этого хочешь? – помолчав, спросила я, хотя уже прочла ответ в ее пытливых серых глазах.
- Да.
- Хорошо. Я согласна.
Я снова надела браслет на руку и включила режим извлечения личной памяти из пользователя. Запястье кольнуло, и игла сканера задержалась в моем теле на несколько секунд. Потом все закончилось. Я сняла браслет и надела его на руку Лаки.
- Точно? – в последний раз спросила я, с некоторой тревогой глядя ей в глаза.
- Точно, - успокаивающе улыбнулась мне Лаки, и я действительно успокоилась.
Я ввела команду на передачу своей памяти, а затем извлечения памяти Лаки, и через несколько секунд все было кончено. Я сняла браслет. Выражение лица Лаки застыло.
- Ты как? – с беспокойством спросила я ее. – В порядке?..
- Да, - ответила Лаки на моем языке. – Ой!.. То есть… - Лаки уставилась на меня ошарашенным взглядом.
- Привыкай, - сказала я сочувственно и потрепала ее по плечу. – А теперь, если вы не против…
Я села прямо на песок, надела браслет на запястье и, почувствовав укол, закрыла глаза и погрузилась в себя.
Вместе с кровью Лаки в меня влилось целое море ее мыслей, эмоций, сокровенных надежд и мечтаний. Но сильнее всего было безграничное чувство доброты и преданности, которое она испытывала к двум самым близким ей людям. Она легко и без раздумий отдала бы свою жизнь за Майю и Анжелу, и, узнав об этом, я невольно преклонилась перед такой чистой и невероятно доброй душою этой золотоволосой девушки. А потом я увидела Мака и забыла обо всем на свете.
Он стоял посреди полуразрушенного города и смотрел на заходящее солнце. Он был почти таким же, каким я запомнила его много лет назад. Изменился лишь взгляд его серо-зеленых глаз, он стал задумчивее и печальней. И еще изменился его голос – он стал тихим и спокойным, словно шелест листвы от легкого дуновения ветра. Мак говорил что-то об осени, о закате цивилизации и еще о чем-то, и слезы радости струились по моим щекам, когда я слышала его речь. Потом он пропал. А я по-прежнему сидела на песке с закрытыми глазами и боялась их открыть.
- Мак… - прошептала я, словно в полусне, и очнулась от звука собственного голоса.
Я медленно поднялась на ноги, тяжело вздохнула и благодарно улыбнулась приходящей в себя Лаки.
- Спасибо тебе, - сказала я.
Лаки с какой-то неуверенностью на лице медленно кивнула.
Я взяла с песка свои сапоги, отряхнула их и натянула на ноги.
- Обменяйся со мной! – воскликнула вдруг Майка. – Я тоже видела Мака! Только мне не нужна твоя память, дай мне что-нибудь интересное!
- Ты видела то же самое, что и Лаки, - пренебрежительно сказала Анжела Майке. – И кроме этого, ничего стоящего в твоей голове нет. Или ты думаешь, кому-то интересны твои десять способов поимки ящериц?
- Сейчас получишь у меня! – обиженно крикнула ей Майка.
Я подошла к ней и взяла ее руки в свои.
- Майя, - сказала я с виноватой улыбкой, - я в любом случае не смогу взять твои воспоминания. Дело в том, что человеческий мозг рассчитан только на свою собственную память. Если перегрузить его жизнями других людей, то все знания, впечатления и чувства могут просто перемешаться и превратиться в кашу, и тогда уже трудно будет различить, где твоя собственная личность, а где – чужая память. А в моей голове и так уже полный кавардак.
- Ну ладно… - немного разочарованно протянула Майка.
- Если хочешь, я просто так с радостью оставлю тебе что-нибудь из своих вещей на память.
- Правда? – искренне обрадовалась Майка, сделав меня этой радостью чуточку счастливей. – А что у тебя есть?
Я вдруг вспомнила, что у меня полно всякого барахла – для установления контактов с аборигенами, для защиты от аборигенов, для запугивания аборигенов и для подкупа аборигенов. Но все это – осталось в глиссере. Я пошарила по карманам своих штанов, но в них ничего не оказалось. Я растерянно поглядела на свой браслет и вдруг увидела на пальце кольцо, которое уже давно перестала замечать. Кольцо Платинового Хранителя – я носила его по старой привычке. Обычная тоненькая полоска из платины с гравировкой на внутренней стороне. Я не раздумывая стянула кольцо с пальца и, взяв Майкину руку, положила ей на ладонь.
- Вот! – с улыбкой сказала я. – Это тебе. Только не потеряй.
Майка с любопытством повертела кольцо в пальцах. Было видно, что подарок ей понравился.
- А что здесь за значки? – спросила Майка, глядя на надпись на внутренней стороне.
- Лаки тебе потом расскажет, - ответила я и взглянула на Лаки. – Кстати, ты как? На тебе лица нет…
Анжела и Майка тоже повернулись к Лаки, которая стояла чуть позади них.
- Да все в порядке, - вымученно улыбнувшись, ответила она. – Просто… Непривычно как-то. Столько всего нового…
- Привыкнешь, - пообещала я ей. – В моей бедной голове кроме моей и твоей памяти есть еще одна. И это просто ужас. Но ничего, живая.
Лаки закрыла глаза и медленно кивнула. Мы помолчали.
- Что ж, - сказала я, глядя на висящее над городом вечернее солнце. – Давайте прощаться. Мне уже пора.
Мне никто не ответил. Я повернулась к ним. Лица у всех были опечаленные.
- Ах, да не расстраивайтесь вы так! – жалобно воскликнула я. – Нашли из-за чего огорчаться! Тоже мне – трагедия…
- И правда – с чего бы? – грустно усмехнулась Анжела. – Подумаешь – одним хорошим человеком больше, одним меньше…
- Ну, хватит тебе! – с досадой сказала я. – Можно подумать, мне самой не грустно. Но что поделать…
Анжела вздохнула и подала мне руку. Я с чувством сжала ее прохладные пальцы обеими руками и улыбнулась ей. Анжела отошла назад, и я протянула руку Майке. Но Майка, не взглянув на нее, подошла ко мне и обняла. Я ласково похлопала ее спине.
- Останься с нами! – прозвучал вдруг у моего уха ее тихий и жалобный голос.
- Я не могу, - печально улыбнувшись, покачала головой я. – Мне надо идти дальше.
Тогда Майка еще крепче сжала меня в своих объятиях, прижалась щекой к щеке, постояла так несколько мгновений, а потом отошла в сторону. Глаза ее были мокрыми.
- Ну что, Платиновый Хранитель, - с улыбкой сказала я Лаки, - давай руку.
- Куда ты теперь? – спросила Лаки грустно, слегка сжав мои пальцы в своих. То есть, не то чтобы совсем уж грустно, но, как бы это сказать, в голосе ее отчетливо проступало понимание обреченности моей миссии, которое Лаки не смогла скрыть, а глаза ее смотрели на меня с искренним сочувствием.
- Дальше, - вздохнула я и опустила взгляд. – В одиннадцать миллиардов какой-то там мир. – Я помолчала. – Используй полученные знания с пользой, Лаки. Теперь ты отвечаешь за всех, как самая информированная. – Лаки кивнула, серьезно глядя на меня. – Ну, что ж, прощайте. Не провожайте меня.
И я повернулась к ним спиной и медленно зашагала к городу, за крыши зданий которого уже наполовину спряталось вечернее солнце. Тень улыбки тронула мои губы.
Конечно, шансы на успех моей миссии по-прежнему очень сильно стремились к нулю. Даже то, что случилось сегодня, было лишь невероятным везением. Но все-таки я была рада. Рада тому, что мне удалось увидеть его снова. Пусть и не своими глазами, пусть это и было восемь лет назад, но все же… все же…
Я уходила все дальше, и вот уже и озеро осталось за моей спиной. Я обернулась. Они все еще стояли на противоположном берегу и смотрели мне вслед – три маленькие белые фигурки. У меня задрожал подбородок. Я не сдержалась и изо всех сил помахала им рукой. И одна из фигурок помахала мне в ответ. Я проглотила комок, подступивший к горлу, и отвернулась.
Я вернусь сюда когда-нибудь, подумала я, ускоряя шаг. Пусть даже это будет через много-много лет, но когда-нибудь я сюда обязательно вернусь.
Мой ботинок в последний раз примял податливую душистую траву и ступил на выщербленный бетон дороги.