– Подожди! Ты должна была убить именно меня? – ошарашенно воскликнул Сонк. – Тебе надо было привлечь мое внимание, вот почему цвета твоей одежды совпали с моими…
– Нет, это цвета твоей одежды совпали с моими, – со смешком ответила Тора.
– Что? Ты хочешь сказать, что внушила мне, как одеться? А до того, когда меня вдруг стало трясти от одного вида Нейлы, – тоже твоя работа?
– Жалеешь об этом? – игриво спросила она, потянув его за мочку уха.
– Погоди. – Сонк отвел ее руку. – Как тебе удалось проникнуть в мое сознание, так что я не почувствовал этого? – Сонк вспомнил странное ощущение, разбудившее его в библиотеке. – Ты и вправду Вьянко?
Тора презрительно скривила губы. – Вьянко? Подумаешь – Вьянко! Да любой из вас мне и в подметки не годится. Я могу… Смотри!
Внезапно лицо ее стало изменяться прямо у него на глазах – неуловимо, но чудовищно. Глаза налились кровью, кожа потускнела, подернулась густой сетью морщин. Нос стал длиннее и тоньше, рот провалился. Волосы вздыбились, засеребрились и поредели – между лохматыми прядями проглянули плешины. Маленькие аккуратные ушки вытянулись, заострились. Вместо прекрасной женщины перед Сонком возникла чудовищная, уродливая старуха. Открыв беззубый рот, она хрипло захохотала, резко подалась вперед, так что он невольно отпрянул.
И тут же – новая перемена. Старуха превратилась в золотоволосую красавицу с глупым кукольным лицом. Потом-в… Магистра Аликорна! Потом…
Что произошло потом, он уже не увидел. Его позвали, и зов был так настойчив и силен, что буквально выдернул Сонка из сознания двойника.
Он снова оказался в одной из «комнат» лабиринта памяти Торы и увидел, как тот, другой Сонк обнял женщину и притянул ее к себе. Следовало, наверно, погасить и это воспоминание. Что, если Тора все же придет в себя? Ведь этот эпизод сохранится в ее памяти именно так, как он происходил сейчас – с расспросами Сонка и ее ответами.
Но он не смог заставить себя стереть… Может быть, это – единственное сохранившееся воспоминание Торы о нем? Непонятно почему, но Сонку мучительно и страстно хотелось, чтобы женщина его не забыла. И это желание ничуть не ослабевало от понимания того, кем она была. Убийцей, вот кем. Она убила Ринго, а прежде собиралась убить его, но… не смогла… Все же – не смогла… Такие мысли с быстротою молнии пронеслись в сознании, пока Сонк смотрел на обнимающуюся парочку. А потом он перестал сопротивляться мощному потоку, который влек его обратно, в реальную жизнь.
Спустя мгновение он снова сидел на постели рядом с Торой – настоящей Торой, – держа ее за руки.
Лица Магистра и Акселя были встревожены, в глазах удивление и вопрос.
Голова у Сонка гудела, одежда взмокла от пота, и видел он не очень отчетливо – сказывалось огромное напряжение, которого, как обычно, потребовало это, с позволения сказать, путешествие.
– Что с ней такое творится? – Голос Магистра звучал глухо, точно в отдалении.
Только тут Сонк почувствовал, что пальцы Торы в его руках вздрагивают. Он напрягся, собрал все силы, и расплывчатая женская фигура рядом с ним начала обретать четкость. Лицо…
Нет, это не было лицо Торы!
Это было слегка тронутое временем лицо девушки, которую он видел в гамаке из тенет. И оно все время неестественно кривилось – казалось, девушка гримасничает. А тело ее сотрясала крупная дрожь.
– Пока ты был там, она сидела недвижимо, будто статуя. Но минуту назад началось… – Магистр пошевелил пальцами, как бы имитируя метаморфозы. – Сначала – отвратительная старуха? – быстро спросил Сонк.
Магистр кивнул, не сводя с него пристального взгляда:
– Ты понимаешь, что произошло?
– Думаю, да. В общих чертах.
Руки женщины выскользнули из его пальцев, а сама она начала медленно заваливаться набок. Теперь глаза у нее были закрыты, лицо спокойно, почти безмятежно.
– Она на самом деле такая, как сейчас, а то был просто… камуфляж.
– Зачем?
Сонк пожал плечами:
– Чтобы привлечь мое внимание, наверно.
– Она опасна? – спросил Магистр.
– Теперь? Вряд ли. – Сонк старался не смотреть на нее. Все же было больно видеть ее в таком состоянии.
– Откуда она?
– С Эстералии.
Брови Магистра поползли вверх.
– Откуда?
Внезапно Сонку стало так дурно, что пришлось опереться о стену. Комната плавно закружилась. Тело обмякло и заледенело.
Чувствуя, что вот-вот может потерять сознание, он закрыл глаза.
– Ладно-ладно, потом расскажешь. – Голос Магистра звучал еле слышно, точно у Сонка были заткнуты уши. – Вижу, ты и впрямь кое-что выяснил. Однако сейчас от тебя все равно никакого толку. Ну-ка, Аксель, помогай…
Жаркая рука легла на лоб, две другие взяли его ладони.
Почти сразу же по телу побежало приятное тепло. Тошнота унялась, осталось только ощущение слабости.
– Здорово тебя скрутило! – с плохо скрытой досадой продолжал Магистр; теперь уже голос его звучал почти как обычно. – Поднимайся!
Сонка потянули вверх. Превозмогая себя, он открыл глаза и встал. Магистр одной рукой обнял его за плечи:
– Тебе нужно хорошенько отдохнуть. В данный момент, насколько я понимаю, со стороны этой дамы нам ничто не угрожает? – Он перевел взгляд на Тору, которая сейчас, казалось, просто безмятежно спала.
Сонк кивнул.
– Ну и прекрасно. Пошли. Не волнуйся, с нее не спустят глаз. – Магистр посмотрел на Акселя, который сидел на стуле, выпрямив спину, положив большие руки на колени и не сводя взгляда с Торы. Он принадлежал к числу тех людей, которые скорее умрут, чем покинут свой пост.
Они вышли во двор и медленно пересекли его. По-прежнему обнимая Сонка за плечи и продолжая понемножечку подпитывать его своей энергией, Магистр сказал:
– У меня тоже, между прочим, есть новости. И на этот раз неплохие.
– Какие? – вяло спросил Сонк.
– Тенас возвращается.
– У него все в порядке?
– Да. Он все-таки нашел Белую Башню.
– Что-что?
– Ага, проняло, – усмехнулся Магистр. – А то, понимаешь ли, Эстуралия какая-то…
– Эстералия, – машинально поправил Сонк. – Вот я и говорю – отдыхай. Потом займемся и Эстералией, и Белой Башней. Ринго жаль! Помнишь? Он ведь первый услышал о Белой Башне и очень интересовался ею. Однако сильна твоя девица, а? Интересно, там, откуда она родом, все такие? Неплохо бы все же привести ее в чувство и попробовать перетянуть на нашу сторону. – Магистр проводил Сонка до самой двери в его комнату и остановился у порога. – Да, дружище. Вот тебе еще один пример того, что любовь сильнее ненависти. Кто знает? Может быть, эта самая Тора и «сгорела» потому, что не захотела тебя убивать. А должна была. Ну, все, все, все. Иди к себе.
Магистр круто повернулся и зашагал по коридору.
Сонк вошел в комнату и уставился на постель, где все еще лежал брошенный им костюм с эмблемой Вьянко.
Два дня назад, подумать только! А кажется, прошла целая вечность. Ринго мертв, а Тора…
Тора потеряна для него навсегда. Даже если она придет в себя – что очень сомнительно – и удастся, по выражению Магистра, перетянуть ее на их сторону… Во что, по правде говоря, верилось еще меньше. Между ними всегда останется призрак Ринго, да и вообще это будет уже совсем другая Тора.
Внезапно у Сонка возникло отчетливое ощущение, будто звенящая нить, протянувшаяся между ними, лопнула, оставив в душе ощущение пустоты.
Прежней Торы ему не суждено обнимать больше никогда.