Вытащил его Потап Косматьич. Сам перевернул тело родича набок и высвободил залитого своей и чужой кровью десятника. Несмотря на рану в плече, Ждан чувствовал себя вполне нормально, даже смог встать на ноги и выдернуть меч, упёршись в тушу ногой. От удара клинок сильно пострадал — остриё отломилось, сильная часть клинка изогнулась винтом, будто не медведя бил, а истукана каменного.
— Славный бой, — прорычал медведь-богатырь. — Свояк дюже сильным был. Ты честно его загрыз, получай награду и иди себе спокойно. Никто тебя не тронет.
«В прошлый раз ты мне тоже обещания давал, а оно вон как вышло», — подумал Ждан, но вслух только кивнул, бросил взгляд на медведицу, та, будто почуяв, обернулась и проревела:
— В лес мой не суйся. Сожру.
Отвернувшись, она дала подзатыльник медвежонку и побрела прочь.
— Славный бой, — повторил Потап Косматьич. — Жаль, что не я с тобой сошёлся, но обиды за это не держу. Пусть тебе медведихи раны залижут, а чтобы поскорее на ноги встать, муравьёв ешь побольше.
— Спасибо тебе, Потап Косматьич, за честность, — Ждан благодарно положил руку на медвежье плечо. — Вовек не забуду.
Медведь-богатырь в ответ на такие слова довольно фыркнул и тоже вразвалку двинулся прочь.
Только когда звери скрылись из виду, Цветава, будто отмерев, кинулась к Ждану. Рана оказалась не так опасна, помять ему кости медведь не успел. Обычному человеку пришлось бы намного хуже, но чудь крепче на рану, чем кто-либо в Великосветье. Правда, каждое движение теперь вызывало боль в плече, но он знал, что вытерпит весь путь до крепости, лишь бы кровью не истечь, но Цветава рану перевязала, а остальное уже не так страшно.
Княжна никак не могла от страха отойти, всё сидела, стонала, посерев от ужаса, и твердила, что вокруг медведи. Пленные же во время боя оба опростались от страха и вонь от них шла такая, что Ждан был уверен — никакой медведь не захочет впредь на них нападать.
Кое-как они вновь собрались, отмыли в ручье всё ещё трясшихся от страха бывших ратников, Цветава убедила княжну, что они не встретят по пути ни одного медведя, вырубила посох для Ждана, которого всё же покачивало, от слабости. На этом и двинулись дальше.
[1] Паразит
[2] Эпилепсия
Глава 22
Шли они долго, большей частью из-за того, что Ладослава часто уставала и постоянно просила присесть отдохнуть. Пленники тоже было попытались задерживать передвижение, но пара косых взглядов от Ждана заставила их переменить мнение. После боя с медведем он, похоже, здорово пугал бывших дозорных.
В итоге, когда десятнику надоели постоянные жалобы княжны на дорожные тяготы и усталость, он предложил потащить её на спине. Это имело неожиданный результат: княжна густо покраснела и заявила, что не позволит холопам, хватать её за ноги. Ждан от такого ответа даже оторопел, слава богам, на помощь пришла Цветава, которая вызвалась сама тащить княжну. Неблагородное происхождение девушки княжну не смутило, также как и то, что тащить её будет женщина. Она с удовольствием устроилась на спине Цветавы и даже что-то весело щебетала.
До деревни удалось добраться перед закатом. Сначала нашли подходящую полянку в стороне от дороги и снова связали пленникам ноги, а уж после Ждан побрёл за припасами, хоть предпочёл бы скорее полежать у костра — плечо болело нещадно, и, похоже, начинался жар. Ладослава собралась было идти с ним, чтобы посмотреть, как живут простые люди, но Ждан сумел её отговорить, сказав, что идти далеко, а она ещё не успела отдохнуть. Это убедило княжну, и она удовлетворилась тем, что стала помогать Цветаве обустраивать лагерь.