— Попить ему дай, — подсказал рыжий. — А то так и будет перхать до самого заката.
— Учи учёного, — огрызнулся второй, и в губы ждану упёрлось горлышко фляги.
Он успел сделать пару глотков, пока тать не решил, что хватит, но и этого хватило: горло перестало саднить, мерзкий привкус портянок стал чуть слабее.
— Вы… кто? — просипел Ждан.
— Вот! — обрадовался рыжий. — Сразу видно неглупого человека. Правильные вопросы задаёт.
— Это мы ещё посмотрим, — откликнулся седой.
— Убивать меня пришли? Так чего сразу не прикончили?
— Убивать? — озадачился рыжий. — А зачем нам тебя убивать?
— Вам виднее.
— Нет, дружок, ты нас с кем-то перепутал, — седой присел на корточки рядом с Жданом и в упор посмотрел на него. — Если бы мы тебя убить хотели, ты бы так долго не разговаривал.
— Значит выпытывать что-то будете? Кто вас подослал? Уйка или этот… которого никто не видел?
— Насчёт его ума беру свои слова обратно. Если его не заткнуть, он нам всё сам выболтает.
Рыжий скорбно покачал головой, а седой усмехнулся в ответ.
— Не знаю, о ком ты говоришь, парень, но мы тебе привет привезли от волхва Твёрда.
Третий удар молотом, в общем, оказался уже не таким болезненным, как первые два, но Ждан уставился на своих пленителей, выпучив глаза.
— От кого? — переспросил он.
— Ты ему что-то повредил, — всплеснул руками рыжий. — Он теперь плохо слышит. Я же говорил, слабее надо бить!
— Хорошо я слышу, — скривился Ждан. — Только с чего бы это Твёрд мне приветы передавал?
— Беспокоится, — хмыкнул рыжий.
— А ещё велел он передать, что не всякий князь сокровища видел, которые ты зрил, — произнёс седой явно заученную фразу. — Он сказал, что ты один поймёшь.
Сердце у Ждана забилось сильнее. Кто кроме волхва и него знал о походе в сокровищницу обители? Выходит, эти двое и не душегубы вовсе?
— А зачем вы мне по голове съездили, да ещё и связали?
— А как же было с тобой разговаривать? — удивился рыжий. — Пришли бы мы и сказали бы: «Поздорову, принимай дорогих гостей», ты бы на нас сразу с кулаками и кинулся. Жизнь у тебя тут видно совсем не мёд с маслом. Вон, как очнулся, сразу про душегубство песню завёл.
— Твоя правда. А чего сейчас не развяжете?
— А дурить не будешь? А то ещё бежать пустишься или в драку полезешь.
— Не буду, — мотнул головой Ждан. — Развязывайте.
Освободившись от пут, он попытался встать, но выругался и опустился обратно на землю. Запястья горели огнём, а глезни были будто чужие.
— Хватили лишку, — смущённо поджал губы рыжий, его более молчаливый товарищ только руками развёл.
— Как вас зовут-то хоть, страннички? — растирая руки и ноги, спросил Ждан.
— Я Велимир, — ответил седой, — а это — Некрас.
Рыжий кивнул и снова обнажил в улыбке белые зубы.
— И чего хотите, гости дорогие? — после очередной попытки, у Ждана наконец-то получилось встать, и теперь он на пару голов возвышался над людьми Твёрда.
— Пожрать, — ответил Некрас. — Брюхо уже к спине липнет от голода.
— И помыться, — добавил Велимир. — У нас времени не было даже в реке искупаться.
— Чем же это вы были так заняты?
— Сначала поесть.
Некрас скрестил руки на груди, показывая, что разговор окончен.
—Ладно уж. Правда, еда в здешнем кабаке не больно-то хороша.
— Нам сойдёт, — отмахнулся Велимир.
— И пива бы ещё, — мечтательно закатил глаза рыжий Некрас.
— Слушай, а как ты мне по затылку съездил? — глядя на низкорослого по сравнению с собой Велимира, спросил Ждан.
— Подпрыгивал, — впервые за всё время улыбнулся тот.
Видно, им действительно нелегко пришлось, по крайней мере, на сомнительного вида щи и слегка подгоревшую на вертеле курицу с чёрствым хлебом вестники набросились будто голодные волки, запивая это всё кисловатым пивом. Ждан терпеливо ждал, пока они насытятся, потягивая пиво, вкус которого всё же смог перебить мерзкий привкус во рту.