Выбрать главу

– С чего ты так решил? – приподняла одну бровь Эвелина.

– Мне бабка рассказала, как ты лихо колдуешь, – немного смущенно пояснил мальчик. – Рохану, почитай, с того света вытащила. И не побоялась даже с богами поспорить.

– До богов дело в данном случае не дошло, – улыбнулась девушка и тут же спросила, грозно нахмурившись: – А бабка-то твоя откуда может знать, как я колдовала? Выдумывает небось.

– Моя бабка никогда не выдумывает! – оскорбленный таким предположением, гордо выпрямился мальчик и тут же закономерно едва не навернулся с шаткого табурета. – Моя бабка – повитуха. Рядом стояла.

– Понятно, – лукаво улыбнулась девушка и блаженно потянулась. – Звать-то тебя как, герой?

– Не скажу, – показал язык мальчик. – Бабка говорит, мирскими именами тоже нехорошо раскидываться. Сама-то никому свое прозвище не говорит. Даже Рохана о нем не ведает, хотя подруги они – не разлей вода.

– Знавала я одну колдунью, у которой просто не было мирского имени, – печально улыбнулась Эвелина. – Но совсем по другим причинам. Впрочем, быть может, твоей бабке тоже некогда пришлось пройти через такое же испытание.

– Через какое? – заинтересовался мальчик, увлеченно обрывая лепестки с только что прикрепленного цветка.

– Неважно, – отмахнулась девушка и строго приказала:– А ну брысь отсюда. Мне одеться надо.

Сорванец не стал возражать и быстро ускакал по своим делам. А Эвелина неторопливо откинула одеяло и наконец-то встала.

Время до полудня тянулось нескончаемо долго. Вокруг суетились люди, занятые непонятными приготовлениями. Эвелина предложила было помощь, но получила вежливый непреклонный отказ. Сразу стало понятно – несмотря на спасение Роханы, здесь к ней еще не скоро станут относиться как к равной. Если вообще такое время когда-нибудь наступит.

Эвелина вновь ушла на берег. Эта деревушка все больше и больше напоминала ей родное селение. Только теперь она могла постоять за себя не только словом, но и делом. Впрочем, глупо было обижаться на простых людей. Кто знает, какие лишения им пришлось вынести по вине имперцев.

В животе все сильнее и сильнее бурчало от голода. Правильно, ведь завтрак Эвелине сегодня даже и не подумали предложить, а время обеда уже давно прошло. Девушка вздохнула и задумчиво пожевала губами. Интересно, а как дела сейчас обстоят в Академии? Наверное, время послеобеденного отдыха подходит к концу. Подумала – и тут же вскочила на ноги, отгоняя от себя непрошеную случайную мысль. Не стоит сейчас вспоминать, не стоит. Еще рано.

– Что с тобой? – раздался позади чей-то звонкий голос. Эвелина обернулась, кляня себя за несдержанность. И почему-то совсем не удивилась, увидев утреннего знакомого. Мальчишка причесал растрепанные вихры и сейчас стоял перед ней, что-то пряча в карманах.

– Решила размяться, – соврала девушка, объясняя свой резкий прыжок. – А то совсем форму потеряю.

– Размяться? – Глаза у мальчонки стали похожи на два блюдечка. – Тебя что, учили боевому искусству?

– Нет, – вновь солгала Эвелина. – Просто... Знаю несколько приемов защиты.

– Врешь, поди, – недоверчиво протянул сорванец. – Зачем девчонку эдакому учить? Ей в доме самое место, детей рожать да мужа кормить.

– Ну почему же, – пожала плечами девушка. – В Рокнаре из пяти родов, делящих власть, три возглавляют женщины. Причем две из них входят в Совет Высочайших.

– Да ну?! – Изумление мальчика не знало границ. – Слава богам, у нас не так. Бабы по домам сидят, мужики – еду добывают. Болтают, что есть некоторые оторвы, – они из дома убегают да к отрядам гончих прибиваются. Но таких немного.

– Гончих? – теперь настало время удивляться Эвелине. – А это еще кто такие?

– Они порядок на островах блюдут, – пустился в путаные объяснения мальчик. – У нас ведь императора нет. Болтают, будто самый главный над всеми гончими и есть наш правитель. Только не поймешь – правда то или ложь. К нам гончие ни разу не приезжали. Мы справно плату отдаем, зачем к нам заявляться? А ежели суд какой – староста сам разберется, кто прав, а кто виноват. Ежели, конечно, кто недоволен его решением – может к гончим обратиться. Только давненько таких не бывало. У нас все свои. Чай, дураков нет чужих приглашать.

– А подать платите кому и чем? – продолжила расспросы девушка.

– Рыбой да остальным, что добыть получается, – ответил мальчик. – Староста в положенный день собирает все да на подводе в условленное место отправляет. Скоро, кстати, платить надо будет. А взамен – ножи да мелочовку хозяйскую.

– А если неурожай? – не отставала Эвелина.

– А ежели неурожай – меньше отвозим, – пожал плечами ее собеседник. – У гончих тоже разумение имеется. Бабка рассказывала, был у нас голод страшный. Меня еще на свете не было. Так гончие сами зерна привезли. Неужто у вас не так?

– Не так, – ограничилась кратким ответом Эвелина. – Совсем не так.

И надолго замолчала.

Мальчик мялся, не уходя, но и не присаживаясь рядом.

– Чего тебе? – наконец спросила девушка, несколько утомленная его присутствием.

– Я тебе поесть принес, – признался мальчуган и вытащил из карманов несколько раскрошенных сухарей.

– Спасибо, – растроганно поблагодарила Эвелина.

– Да не за что. – Так и не дождавшись приглашения, мальчик сам сел на невысокий пригорок. – Я эти праздники прекрасно знаю. Станут красоту наводить до позднего вечера, а покормить забудут.

Эвелина ласково улыбнулась и начала рассеянно грызть свою долю сухого хлеба.

– Кстати, Лиином меня зовут, – все же открыл свое мирское имя мальчик.

– Чем обязана такому доверию? – со скрытой иронией в голосе поинтересовалась девушка.

– Бабка сказала, что ты вряд ли вред причинишь, – неохотно признал мальчик. – Потом, у вас же все равно в эту чушь не верят.

Эвелина промолчала, а Лиин тем временем продолжил:

– Знаешь, бабка мне многое в детстве рассказывала про империю. Будто у вас детей заживо едят, убить могут ради забавы.

– Мне то же самое рассказывали, – хмыкнула девушка. – Правда, про твою родину.

– Правда? – удивился мальчик. – Слушай, а боги у вас какие? Неужели правда непонятно кому поклоняетесь?

– Почему непонятно кому? – переспросила Эвелина. – Два старших бога, два младших. И пятый полубог-полустихия, что Судьбой повелевает.

Девушка приложила все свои усилия, но ее голос все же слегка дрогнул при упоминании о роде императора. К счастью, Лиин этого не заметил. Он что-то усердно подсчитывал в уме, прилежно загибая пальцы.

– Ничего не понимаю, – наконец признал он с тяжким вздохом. – У нас так же. Правда, пятому богу мало кто поклоняется. Слишком уж непонятный он.

– А больше богов у вас разве нет? – Эвелина крепко сжала кулаки, не замечая, как ногти больно впиваются в кожу. – Гончие кому поклоняются?

– А кто ж этих гончих разберет? – легкомысленно рассмеялся мальчик. – У нас даже не все верят, что они люди. Кто-то считает их прямыми отпрысками богов. Уж очень часто они оказываются именно там, где нужнее всего. Да и не скрыть от них ничего. Говорят, бывший староста пытался часть урожая себе оставить, списать потери на неурожай.

– И что? – поторопила Лиина с рассказом девушка.

– С той поры у нас новый староста, – терпеливо разъяснил мальчик непонятливой чужачке. – Даже жена его не сильно убивалась. Это ж последнее дело – у своих красть. Тем более таким трудом добытое.

– Занятно, – холодно произнесла девушка. – Чем больше ты мне о гончих рассказываешь, тем сильнее меня тянет с ними поближе познакомиться.

– Ты что! – сразу же испуганно втянул голову в плечи Лиин. – Ты ж из империи, тебя любая гончая без разбирательств прикончит. Даже не думай!

– Сам говорил, что им все становится известно, – чуть скривила уголки губ Эвелина. – Если они такие всемогущие – то мне и не спрятаться от них.

– Пожалуй, ты права, – согласился мальчик, не найдя, что возразить. – Но все ж сама-то на рожон не лезь.

– Конечно, – поспешила успокоить мальчика Эвелина и тихо, себе под нос, добавила: – По крайней мере, пока меч себе не достану.