Однако долго его размышления не продлились. Несколько мгновений спустя океан магмы вдруг забурлил сильнее, из-за чего дракоша задёргалась в истерике. Внезапно огромная волна пламени поднялась вверх и из брызг показалась изуродованная морда гипертрофированной рыбы-удильщика, чья пасть, полная острых, как бритва, зубов, раскрылась и образовала некое подобие воронки из воздуха, что начала затягивать в себя дракона.
Но Король быстрым движением вытянул, Мунуинию назад и мощным джебом, от которого вся чешуя рыбы пошла волнами, отправил её обратно. Но, ещё до того, как та успела упасть в лаву, он скинул с себя рубашку и прыгнул следом.
Он хотел испытать свои силы в реальном бою и, это порождение огня, было отличным противником для этого. Всё-таки, раз уж оно обитает в лаве, у него должно быть большое сопротивление огню.
Мунуиния осознала, что уже не находится над океаном лавы и открыла глаза. Она увидела, как её Король ныряет в огонь и тут же подбежала ближе к обрыву.
Неужели… Он умрёт? Подумала Мунуиния.
Она думала бежать ей или нет. Ведь она не была уверена в том, что её новый господин умрёт, и если он выживет, в чём она тоже была не уверена, тогда её ждёт долгая и мучительная смерть.
Она оглянулась и посмотрела на портал.
Вот он выход. Она должна просто сбежать, покинуть эти горы, спрятаться, залечь на дно, или просить помощи у Платинового Лорда Дракона. Уж он-то точно должен был быть в силах одолеть это существо в теле человека, так считала Мунуиния.
Однако она ничего не успела сделать, ведь буквально через пару мгновений на поверхности океана снова появились волны, а следом из огненной пучины показалось огромная голова лавового монстра. Он выпрыгнул из глубин, пытаясь скинуть с себя наездника, что держался за головной фонарь рыбы и извивался как только мог, но Король стойко держался на его спине. Казалось, что ему это даже нравилось, а его кожа ни капли не пострадала после погружения в раскалённую лаву.
Драконша наблюдала за всей этой картиной с широко открытым ртом и не знала, как на всё это реагировать. Ведь даже Древнему Огненному Дракону пришлось бы худо, окажись он в подобных условиях.
И всё же, Король не показывал каких-либо признаков дискомфорта. Словно он искупался в горячих источниках.
И только сейчас Мунуиния вспомнила, как Короля при первой встрече представил Хежинмал. Бог Огня…
Неужели, это существо и вправду было божеством?
БАБАХ!
Пещера сотряслась от очередного удара и вдруг на край обрыва упала туша гигантской рыбы. Мунуиния испуганно отскочила в сторону и в этот момент рядом с ней появился Король. Он был абсолютно невредим, а по его обнажённому телу стекала раскалённая магма, словно это была вода.
Драконша забыла как дышать.
— Как оказалось, этот здоровяк не разумен, — огорчённо произнёс Король, глядя на рыбу. — Ну что же, ничего не поделать. По крайней мере, теперь можно использовать это место для своих целей. Здесь получился бы неплохой горячий источник, как ты думаешь?
—…? Д-да! Всё абсолютно так, Ваше Божественное Величество! — поцеловав лбом землю, воскликнула Мунуиния.
Король недовольно нахмурил брови.
— Божественное?.. Ладно, неважно.
Он махнул рукой и перед ним образовался прокол в пространстве, в который он закинул тело огромного удильщика.
— Что же… Кто там дальше?
***
Обычный, ничем непримечательный день, как и все другие до этого и после, так считал Арсунамиал, отдыхая в своей уютной, обогреваемой подземными течениями, пещере. Он был сильнейшим и древнейшим из огненных драконов и не был зависим от мирской суеты. Ему нравилось отдыхать. На протяжении многих веков он не ввязывался ни в один конфликт. Он не участвовал в войне против пришельцев из иного мира, назвавших себя Королями Алчности, он не пытался захватить власть, и он не искал силы, как делали это остальные его собратья.
Возможно, это может показаться кому-то странным, ведь какой дракон будет так себя вести, однако Арсунамиал был именно таким. И единственное, что ему нужно было для существования — это хорошая погода, приятный тёплый ветерок, уютная пещера и долгий лечебный сон, который никто не потревожит.
Не желая бессмысленных битв со слабым противником, он даже уступил часть своих земель Лорду Фениксу, лишь бы тот не мешал его покою.
И всё же, иногда у него возникало неприятное тягучие чувство одиночества. Он вспоминал былые деньки, когда сам был ещё совсем птенцом, когда тот, кто его вырастил, был ещё жив. Иногда ему не хватало того старика и он мечтал о том, чтобы снова с ним выпить и подраться.