– Ты не сможешь отдать ему свой, потому что если ему понадобится противогаз, то и тебе тоже.
– Не больше, чем ему. В общем, я решила сказать, что свой потеряла, чтобы мне дали еще один. Придется соврать, – она смотрела на Оскара полными мучительных слез глазами. – Я же отвечаю за него. Он мой кот!
Она протянула руку, погладила его по шейке, и он приподнялся, потянулся и тяжело спрыгнул с кровати, издав негромкий мявк, похожий на скрип заводной игрушки, когда коснулся пола.
– Слушай, Полл, тебе лучше пойти с нами. Это все, что в твоих силах.
– Хорошо.
Она выскочила из-под одеяла и начала одеваться, хватая одежду с ближайшего стула.
– В шортах туда нельзя!
– Ох, точно. Я не подумала.
Как только она встала, Оскар вернулся на кровать и преспокойно устроился на ее месте.
– И шляпу надо надеть.
– Вот черт! А я как раз сложила в нее все ракушки. – Высыпав ракушки на туалетный столик, она разбудила Клэри, которая, едва узнав, куда они собираются, захотела с ними.
– Тебе нельзя. Ты всех перезаражаешь ветрянкой.
– Неправда. Мне все равно сегодня уже разрешили встать.
– И велосипедов больше нет.
– А я возьму у Саймона.
– Тебе станет плохо, – предупредила Луиза. – Может, встать тебе и разрешили, но выходить из дома – пока нет.
Но Клэри уже рылась в шкафу в поисках одежды.
– Но должна заметить, – заявила она, натягивая через голову свое голубое ситцевое платье в пятнах ежевичного сока, – я считаю, что молитва действует, только если веришь. Но попробовать в любом случае стоит, – добавила она, увидев лица Луизы и Полли: Луиза метнула в нее злобный взгляд, а у Полли начался новый приступ мучительной неуверенности.
– А шляпы у тебя нет, – сокрушительным тоном напомнила Луиза.
Клэри перевела взгляд с белого канотье Луизы с темно-синей лентой на соломенную шляпку Полли с васильками и маками вокруг тульи: Зоуи не покупала ей шляпы, а Эллен выбирала такие уродливые, что Клэри нарочно теряла их.
– Возьму на время из прихожей папин берет для пленэра, – решила она.
– Шестнадцать будущих нянь плюс начальница, сестра Хокинс и тридцать пять детей младше пяти лет! Как же они все здесь разместятся?
Рейчел, которая сидела прямо, как палка, опираясь на надувную подушку, отставила свою чашку с чаем.
– Дюши, дорогая, а ты не могла бы поговорить с ним сама?
Спор о намечающемся переезде «Приюта малышей» бушевал весь день, и Рейчел, для которой любое движение превратилось в пытку, курсировала от одного родителя к другому – говорить друг с другом напрямую они наотрез отказывались: Уильям – заявляя, что у него нет времени на женскую манеру поднимать шум из-за мелочей, а Дюши – на том основании, что ее он вообще не слушает.
– Я же объясняла: он сказал, что Сэмпсон уже начал строить три химические уборные возле площадки для сквоша.
– Пусть так, но ведь здесь не хватит воды!
– Он говорит, что пробьет еще одну скважину. И уже ищет для нее место.
Дюши фыркнула.
– Помнишь, сколько продержалась предыдущая? Три месяца! – Она размазала масло на тосте. – И как он рассчитывает прокормить такое множество людей? Ну-ка, ответь!
Рейчел молчала. Когда ранее днем она задала отцу те же вопросы, то в ответ услышала, что у них прекрасная кухарка, и вообще, всем известно, что дети питаются молоком, которое сможет приносить Йорк, – а если не сможет, он, Уильям, купит ему еще одну корову.
– Ну что ж, – сказала Дюши, которая явилась на чай в шляпке – явный признак ярости, – если он считает, что миссис Криппс в состоянии готовить еще на восемнадцать человек, не считая малышей, он, видимо, спятил.
– Дорогая, это же критическая ситуация.
– Будет критической, если миссис Криппс запросит расчет.
– С другой стороны, возможно, все уладится. Ведь премьер-министр вернулся, и пока что ничего не случилось, а это доброе предзнаменование, верно?
– По-моему, мистер Чемберлен не из тех людей, которые считают нужным обсуждать войну в воскресенье, – возразила Дюши. Осталось неясным, что это – одобрение или обвинение.
В наступившей тишине Рейчел думала о том, каким поразительно нереальным кажется сложившееся положение. А потом, вдруг спохватившись, что они вдвоем, спросила:
– А где тетушки?
– Пьют чай с Вилли и ее матерью. В этом отношении Вилли умница.