– Тетя Рейч, мы не знаем, честное слово. Ужинать в классную она не приходила. Мы оставили ей воду в ванной, – Луиза старалась, чтобы голос звучал по-доброму, но ничего не получалось, потому что никакой доброты в нем не было. Тетя Рейчел сразу же вышла из комнаты, и девочки услышали, как она переговаривается с их матерями. Они переглянулись.
– Но ведь мы же не виноваты!
– Нет, виноваты, – возразила Полли. – Мы же не взяли ее с нами после чая.
– Черт! Плохо то, что из-за нее я чувствую себя ужасно, и поэтому не люблю ее. Совсем.
Помолчав, Полли отозвалась:
– Это не из-за нее тебе так ужасно, а из-за того, как мы с ней поступили. Надо будет нам… – Но тут вошла Вилли, и она умолкла.
– А теперь послушайте обе: прекратите объединяться против Клэри. Понравилось бы вам, если бы она и еще кто-нибудь поступили так же по отношению к одной из вас?
– Мы правда не объединялись… – начала Луиза, но Полли перебила:
– Мы больше не будем, честное слово.
Но тетя Вилли как будто не слышала ее и продолжала:
– Луиза, твоя вина тяжелее, потому что ты старше! – Она разложила койку для Клэри и открыла ее довольно потрепанный чемодан. – Могли хотя бы помочь ей разложить вещи!
– Полли столько же лет, сколько и Клэри, а я ей с вещами не помогаю.
Вошла тетя Сибил с сообщением:
– Ее нигде нет. Рейчел пытается разузнать на кухне, но, по-моему, пора сообщить Руперту.
– Нам сходить поискать ее, тетя Сиб?
Но мать Луизы мгновенно откликнулась:
– Ни в коем случае! Вы разберете ее чемодан, аккуратно разложите вещи, и кто-нибудь из вас сходит за ее ужином в классную. Я очень недовольна тобой, Луиза.
– Извини. Мне правда очень жаль, – Луиза бросилась к чемодану и принялась вынимать одежду Клэри.
Полли встала с постели, чтобы сходить за подносом. Она чувствовала, что ее мать не так сердится, как тетя Вилли на Луизу, которая уже была явно расстроена. Тут Полли поняла, что и ее мать заметила это. Их взгляды встретились, Сибил спросила:
– Не знаешь, куда она могла уйти?
Полли задумалась так старательно, как только могла, но ведь она не Клэри, откуда же ей знать? И она покачала головой. Мамы ушли, Луиза расплакалась.
В конце концов сообщили Руперту, дяди присоединились к поиску, и даже Зоуи вышла на теннисный корт, зовя Клэри по имени; искали в конюшнях, в коттедже садовника, в теплицах и даже в лесу, пока наконец пропажу не нашла Рейчел. Заглянув к себе в комнату, чтобы взять пальто и выйти вместе со всеми искать Клэри в саду, она обнаружила ее спящей на полу. Из подушек с кресла девочка соорудила себе постель, а одеялом ей послужило пальто Рейчел. Рядом с Клэри стояли ее пляжные сандалии, на подушке Рейчел лежала записка: «Дорогая тетя Рейч, я лучше посплю в твоей комнате. Надеюсь, ты не против. Только раздеваться я не буду, мне холодно. Целую, Клэри». Руперт хотел было разбудить ее, отчитать и отвести в детскую спальню, но Рейчел сказала, что лучше просто оставить девочку в покое, только принести ей одеяло и подушку.
Так что кофе в первый вечер пили очень поздно, потом Дюши и Вилли немного поиграли в четыре руки, и Зоуи извелась со скуки, потому что нельзя было поболтать, пока они играли. Сибил ушла спать первой, Хью составил ей компанию.
– Как думаешь, что все это значит?
– Ну, Луиза и Полли – давние подруги. В Лондоне они видятся друг с другом почти каждый день. Видимо, Клэри показалось, что она здесь лишняя.
– Дай-ка я сам… – Он принялся вынимать шпильки из ее волос и одну за другой класть на ее подставленную ладонь. – Ты слишком утомилась, – сказал он укоризненно и так нежно, что у нее на глаза навернулись слезы.
– Очень, даже руки не поднять. Спасибо, дорогой мой.
– Я сам тебя раздену.
Она поднялась и начала снимать платье через голову.
– Вилли слишком резко отчитала Луизу. Как всегда.
– Ну, нас это не касается, – он расстегнул крючки ее бюстгальтера и спустил с плеч бретельки. Она сняла панталоны, вышла из них, движением ступней сбросила сандалии и остановилась перед ним обнаженная, гротескная и прекрасная. – Где твоя ночнушка?
– Кажется, на постели. Дорогой… тебе, наверное, осточертело видеть меня такой.
– Я тобой восхищаюсь. – И он добавил уже менее торжественно: – Для меня большая честь смотреть на тебя. Пойдем в постель.
– Нелегко приходится Руперту.
– За него не беспокойся.
Она улеглась в постель.
– Как жаль, что тебе в понедельник надо обратно.
– Если хочешь, я наверняка сумею поменяться с Эдвардом.
– Нет-нет, не надо. Лучше тебе побыть в Лондоне, когда он родится.
Он подошел к окну и раздвинул шторы. Свет будил его по утрам, но он знал (или так ему казалось), что ей нравится, когда шторы раздвинуты.