– Да какое вам вообще дело?!!!
– Мне – никакого, а вот они были уверены, что если нет, то выручить за тебя можно будет намного больше.
– Скоты, – недобро прищурившись, цедит она сквозь зубы. – А вы, Сан Саныч, дурак… Старый…
Надулась. Похоже, обиделась не на шутку. Вот и пообщались. Ну, хоть пощечину залепить не попыталась или истерику устроить. Молодец девочка, крепкая. Зато вопрос о необходимости погребения «невинно убиенных» как-то сам по себе засох и отвалился. За неактуальностью. А значит, можно двигаться в путь.
Поймать хоть какую-то попутку нам так и не удалось. Платить за возможность посидеть на крестьянской телеге я счел излишним расточительством, немногочисленные водители-одиночки, гнавшие свои машины в сторону Шарьи, подбирать сразу пятерых вооруженных попутчиков не рисковали, а небольшие купеческие караваны, которые подвозом путников слегка подзарабатывали сверх основных своих доходов, нам за два дня пути не встретились. Был, правда, один крупный, но из тех, что не подбирают никого. Военный конвой из Кирова: полдюжины всерьез загруженных трехосных армейских грузовиков в сопровождении пары «бэтээров». Самое забавное, что вот как раз там у меня вполне могли обнаружиться знакомцы по прежним временам. Но останавливать эту колонну, чтобы выяснить, так оно или нет, я даже не попытался. Мало того, что не остановятся, потому как им не положено, так могут еще и короткой очередью излишне назойливого голосующего пешехода отогнать, чтоб под колеса не лез и не мешал движению. Понятно, что с ходу на поражение стрелять не станут, но и под ноги пальнут – неслабый выйдет удар по авторитету.
Так что все два дня до Шарьи пешком и топали. Утром на второй день я сменил гнев на милость и дал команду парням нести узел с трофеями по очереди, подменяя крепко уже вымотавшегося, но упрямо молчащего и топающего вперед Ивана. Трофейное же оружие тоже по очереди несли, разве что разукомплектовали его слегка, сняв с принадлежавших засадникам автоматов коллиматоры. Один закрепили на автомат Стасу, второй – Янке. Ване не досталось, опять же, в наказание. Но он, как мне кажется, не так уж сильно расстроился. Гораздо больше его радовал тот факт, что АММ я у него не отобрал, хотя вполне мог. Но я все же не зверь. И у мер дисциплинарного воздействия должны быть некоторые рамки, чтобы они из разряда наказаний не превращались в издевательства и смертельные обиды.
В общем, до Шарьи добрались к вечеру второго дня пути, не спеша и спокойно, без приключений. В город, кстати, впустили без особых затруднений: сразу после обязательного для всех дозиметрического контроля я представился, назвав и имя, и прозвище, и род занятий, а «детсад» свой обозвал коротко – наниматели. Часовой вызвал разводящего, тот отыскал на полке в караулке толстый фолиант, быстро пролистал, нашел там что-то и, пристально меня оглядев, разрешающе кивнул. Мол, добро пожаловать в свободное поселение Шарья. Блин, не удивлюсь, если у него там на меня досье с подробным словесным портретом, а то и с фотографией. К оружию, к слову, тут отношение куда проще, чем в том же Ярославле. Даже магазины от автоматов и патронный короб от пулемета отомкнуть не попросили. Разве что строго предупредили о суровой ответственности за пальбу без повода. Впрочем, не удивлен. На границе с землями вологодских «князей» людей разоружать – может крепко выйти боком.
А еще часовой сообщил для нас чрезвычайно приятную новость: проблемы «как добраться до Кирова» больше не было. Прямо от ворот въездного КПП местный охранник, едва услышав вопрос, направил нас на железнодорожный вокзал. Оказывается, вот уже почти полгода тут имеется «общественный транспорт» с ценником пусть и высоким, но вполне вменяемым.
Правда, в первый момент, увидав этот самый транспорт, я чуть челюсть на асфальт не уронил. Впрочем, у нанимателей моих вид был еще более ошарашенный.
Нет, что это, я понимаю прекрасно: забыть, что такое железная дорога, я за восемь лет не успел, более того, меньше месяца назад в Емве своими глазами наблюдал вполне исправный и функционирующий тепловоз, тягающий грузовые платформы, вагоны и цистерны с топливом. Но то Емва с близкой к ней Ухтой. Там нефть и нефтеперегонные заводы, они себе несколько дизельных мотовозов вполне позволить могут… А тут… Впрочем, изумление лично у меня вызвал не столько сам факт работающей железной дороги, сколько вот этот пыхтящий паром и густо дымящий железный монстр на рельсах. Это ж, мать его, ПАРОВОЗ!!! Да еще какой! Это вам не маленькая черная «овечка» из старых фильмов про Гражданскую и Великую Отечественную. Тут натуральный крейсер на рельсах. Здоровенный, высоченный и повыше, и побольше памятных мне по прежним временам тепловозов и электровозов, длинный (ну, тут еще тендер с углем или дровами, мне отсюда не видно, габаритов добавляет). Плюс дым и пар да громкое пыхтение. Впечатление неизгладимое даже для меня. Наниматели мои так и вовсе стоят, глазами хлопают, слова вымолвить не могут. Да уж, натуральный стимпанк… К тому же наше неспокойное время «местного колорита» добавило, отчего вид у состава стал совсем фантастический. И сам паровоз, и прицепленные к нему пассажирские вагоны усилены дополнительной защитой: наклонные, явно пулезащитные, жалюзи на окнах, листы дополнительной брони на стенах, бойницы огневых точек в дверях тамбуров. Тут все понятно: до «князей» – рукой подать. И хоть с ними вроде и мир сейчас, но не те они соседи, чтобы можно было с ними мировые договоры «на веки вечные» заключать и верить, что они соглашений не нарушат. Так что вид у состава пусть и не как у бронепоезда времен Гражданской войны, но вполне боевой. Ну, хотя бы броневагона с танковой башней на поворотном погоне нет, уже хорошо. Зато есть четыре явно пассажирских вагона, сохранивших остатки окраса с тех пор, как бегали в составе пригородной электрички, и с десяток грузовых вагонов. Замыкающей шла платформа, выполняющая функции ремлетучки, как я понял. На нее погружено несколько рельсов, штабель шпал, еще какие-то малопонятные железяки, но не хлам, не металлолом, а точно инструменты. Ну, понятно, «плечо» тут, конечно, не сказать что большое, но и не маленькое. Так что «все мое ношу с собой». Мало ли, какая неожиданность в пути приключиться может?