Она прикусывает губу, это нервный, почти бессознательный жест. Руки сжаты в кулаки, ноги беспокойно подрагивают. Дыхание учащённое, ремень безопасности слегка вздрагивает на груди.
— Можешь хотя бы что‑то сказать? — в её голосе нарастает раздражение.
Она снова превращается в неугомонный комок энергии и слов. Ей необходимо говорить, иначе мысли поглотят её целиком. Мне же нужна тишина, всё вокруг должно быть упорядоченным, а внутри меня должен быть покой. Но рядом находится хаос, это Софья.
— Тебе лучше молчать, — произношу спокойно.
— Почему?
— Потому что ты говоришь без остановки, мне нужна тишина.
— Можешь хотя бы сказать куда мы едем? Мне нужно позвонить брату. Можно мне просто вернуться домой?
— Едем туда, где тебе не прострелят голову. Позвонишь Бесу, когда мы будем на месте. Нет.
— Прекрасно, это очень успокаивает.
— Я и не пытаюсь тебя успокоить.
— О, это заметно! — её голос повышается. Хороший знак, значит, она ещё не потеряна окончательно.
Скольжу взглядом по её профилю: растрёпанные волосы, прикушенная губа, размазанная тушь по щекам, в глазах слезы, все в полном беспорядке. Быстро отворачиваюсь и мысленно пытаюсь вспомнить расположение фигур на шахматной доске в моем кабинете и продумать следующий шаг. Но Софья постоянно меня отвлекает, снова и снова бормоча что-то под нос.
— Ты хоть когда‑нибудь бываешь тише? — спрашиваю я раздраженно.
— А ты бываешь дружелюбнее?
— Нет.
Она смотрит на меня несколько секунд, затем отворачивается.
Мы въезжаем на подземную парковку, я глушу двигатель. В ту же секунду Софья коротко выдыхает, словно ей не хватает воздуха. Это привлекает мое внимание, и я взглядом пробегаю по ее фигурке рядом. Пальцы судорожно цепляются за ремень безопасности, ногти впиваются в ткань. Её дыхание становится настолько частым, что я слышу свист в лёгких, началась паническая атака. Именно то, чего мне сейчас меньше всего нужно.
— Софья, — наклоняюсь ближе, — смотри на меня.
Она не слышит. Тогда я крепко беру её за плечи, чтобы привлечь внимание.
— Софья, смотри на меня, — повторяю громче и более грубо.
Её глаза дёргаются, пытаются сфокусироваться. Я слегка встряхиваю её.
— Дыши со мной, — говорю твёрдо, но спокойно. — Сделай медленный вдох. Сейчас же, давай.
Медленно вдыхаю, мысленно отсчитывая секунды. Она резко втягивает воздух, но повторяет за мной.
— Теперь медленный выдох.
Выдыхаю размеренно, и она пытается следовать моему примеру. Её взгляд наконец фиксируется на моих глазах. Продолжаю держать её за плечи. Её руки хватаются за лацканы моего пиджака, тянут к себе, будто я являюсь единственным якорем в её хаотичном мире. Тепло ладоней проникает сквозь ткань, и я ощущаю, как она отчаянно ищет опору. И, что хуже всего, находит её во мне.
Постепенно дыхание выравнивается, щёки понемногу обретают естественный оттенок, взгляд становится осмысленным.
Она смотрит на меня так пристально, что я вижу бездну в её тёмно‑карих, почти чёрных глазах. Эта черта с первого взгляда выдаёт родство с Павлом, у них одинаковый цвет глаз. Чувствую, как её дыхание приходит в норму, а плечи под моими руками перестают дрожать.
— Вот, — произношу тихо. — Дальше сама.
Она моргает, осознаёт, что всё ещё держится за меня, и быстро отстраняется, словно обожглась.
— Я… я в порядке, — выдыхает она.
— Нет, это не так, — отвечаю ровным тоном.
Софья откидывается на спинку кресла, упрямо сжав губы. И вот эта привычная искра раздражения наконец возвращает её в реальность. Я по привычке снова достаю влажную салфетку, протираю руки и чищу пиджак там, где она хваталась за меня.
— Ты холодный, как замороженная селедка. И опасный к тому же, — произносит она.
— Спасибо, я стараюсь.
— Это не был комплимент!
— По‑моему, звучало именно так.
Она хмыкает, и мы возвращаемся к взаимным колкостям. Это хорошо, такое поведение предсказуемо.
— Что? — её голос полон возмущения.
Я смотрю на неё и понимаю, что оказался втянут в войну, к которой не имел ни малейшего желания приближаться.
Тоже хочу задать вопрос: "Что теперь делать с тобой?". Но меня отвлекает вибрация телефона. Я выхожу из машины, достаю устройство и читаю сообщение от информатора:
«Софья засветилась на всех камерах, есть свидетели. Мещерский мёртв».
___
Дорогие читатели! Начинается свежий этап в истории полюбившихся персонажей. Союз строгого адвоката и эксцентричной художницы, пожалуй, самый необычный в моих книгах. Вас ждут яркие переживания, забавные моменты и, конечно, страстные чувства.
Следующая глава готовит интересный поворот. Не упустите момент, нажмите «мне нравится», поставьте 5 звёзд и добавьте книгу в библиотеку для получения оповещений!