- И что с детьми?
- Антимаги нужны нам. Они необходимы, чтобы бороться со злом внутри нашего же клуба. Один антимаг погиб ради того, чтобы вы это поняли, - он кивает куда-то. Я не хочу оглядываться, как делают остальные. Потому что догадываюсь, что там лежит мой труп. - Еще десятки, если не сотни были убиты чтобы вы этого не осознали. Они – ценность. И поэтому, я выношу на обсуждение идею о том, чтобы на антимагов мы прекратили охотится. А использовали их силу. Использовали их во благо нашим целям.
- Начнем с того, что у нас теперь нет лидера и некому принимать решения. Это немного более насущный вопрос, - снова скрипучий голос в толпе.
- У меня есть кандидат, - спокойно отвечает Берт.
- Кандидатов быть не может. Это может быть только ты, - резко говорит Жанна.
- Нет, я не возьму на себя подобную ношу. Я объясню почему, потому что, если я, сын демона. Демон в человеческом обличье. Если стану вашим лидером, то это будет то, чего добивались Фредерик и Алексис. Я же этого не хочу. Его речь была безумной, мы не можем действовать под именем темных сил. Мы должны удерживать гармонию добра и зла в этом мире. Мы не войны зла. Мы просто люди. Просто особые люди, одаренные, но не более. Но если мы захотим, мы станем слугами тьмы, и тогда разрушим наш же комфорт. Я прошу вас, я знаю, среди вас есть те, кто знал о деяниях Алексиса, кто его поддерживал. Но я прошу вас, отречься от этих мыслей. Мой кандидат в лидеры Вечных он… другой. Совсем другой. Но первое, я хочу услышать ваш ответ насчет антимагов. Я предлагаю голосование. Кто за то, чтобы прекратить охоту на антимагов а использовать их нам во благо.
Вечные же поднимают руку и голосуют. Я не слишком понимаю, что происходит, но слышу радость в голове Берта. Радость и облегчение. Ему удалось их спасти.
Возможно, все было бы не так легко.
- Уже вижу, что большинство «за». Жанна, отвези детей к ним домой. Передай отцу в руки.
- Поняла, за мной.
Все молчат и провожают взглядом женщину и трех детей. Наверное, я была бы рада, может даже заплакала от счастья, если бы могла ощущать эмоции. Снова смотрю на Берта и вижу, что он, кажется, доволен собой.
- Мой кандидат. Это мой брат, Георг.
- Серьезно? Он даже не Вечный!
- В этом и суть, - резко говорит Берт. – Он не был с вами, на нем был только один морок и связанный со мной. Он единственный кто не болен, в отличие от вас, не болен ложью, мороком, не болен идеями Алексиса. Он единственный достоин быть сейчас во главе нашего клуба. Снова объявляю голосование, давайте, не стесняйтесь. К нам пришла демократия. Давайте-давайте.
Снова поднимают руки, Берт дает им времени подумать и рук становится все больше.
- Опять же: большинство. Теперь только надо как-то его уговорить... – улыбается он. - Ну и последний вопрос. Что вы сделаете со мной? Вы можете казнить меня ведь я нарушал все законы Вечных. Я убил одного из нас, кстати да, это я забрал оракула. Я использовал его в своих целях, я убил её охранника, когда узнал, что он глумится над ней, что насилует её. А я не люблю не джентльменов, сами знаете. И что вы со мной сделаете – казните, накажете, запрете, выгоните? Я отдаю себя в ваше распоряжение.
Он всплескивает руками и громко выдыхает. Вечные молчат. Время начинает тянутся слишком долго, но я слышу какое-то шуршание. Из толпы царственно выходит Рийла. Оборачивается на неё.
- Ты убил её сына, - говорит кто-то из Вечных. – Так что, она имеет больше права решать, что с тобой делать.
Остальные кивают. Рийла оборачивается к Берту и идет к нему. Когда она становится вплотную он начинает что-то ей говорить, но получает звонкую и мощную пощечину. Удар оказывается такой силы, что он сгибается и держится за щеку. Поднимается и снова смотрит в глаза Рийле.
- Будь ты проклят, - говорит она. – И свободен. Я предлагаю изгнать Берта из Клуба Вечности за нарушение законов, за убийство. Но оставить ему жизнь и возможность сотрудничества с нами, потому что он сделал великое дело. Освободив нас от Фредерика.
- Ты в порядке? – слышен голос в толпе.
- Нет, - качает головой Рийла, и я вижу слезы в её глазах.
- Я думаю, это правильное решение. Берт свободен от Вечных!
- Да.
- Да!
Кричат в толпе.
Я безучастно слежу за этим.
26
- Нет-нет-нет. И все. И точка, - произносит Георг в эту же ночь в своем доме. Я также невидима и не осязаема стою рядом с Итаном, который ничего так и не сказал с момента нашего прощания.