— Господин, не губите!
— Помилуйте, милорд!
— Князь, ведь они тоже пленницы демона, — вступилась за узниц принцесса. Она шепнула что-то стоящему рядом эльфу, и он помог демоницам подняться. А друиды по знаку принцессы подлечили их. Оказалось, магия жизни ничуть не вредит выходцам из Инферно. Или, по крайней мере, их полукровкам.
— Но все-таки демоны… — произнес верховный друид.
— Госпожа Нимфирэль, вы знаете Ашку и Лишку? — Поинтересовался я у нее.
— Да, я узнала голоса. Этот злобный демон сегодня утром притащил их в пыточную. И мы слышали крики.
— Киррь, что скажешь?
— Ну-у… — Я сделал вид, что взвешиваю что-то в руках. — Причинить вред мы, получается, не имеем права. Отпустим?
— Прямо сейчас, в ночь? В лес?
Я воспользовался своим преимуществом игрока и просмотрел характеристики полукровок и их умения. Магии, какой бы то ни было, не значилось, имелись навыки владения оружием, и только. Но по физическим кондициям девицы превосходили и крестьян, и эльфиек, и даже копейщиков, так что при некоей удаче могли бы выжить, если бы не происхождение. С рожками — до первой деревни любой расы, а там на костер. С другой стороны, а можем ли мы позволить себе риск привести к себе домой демонов?
— Князь, ты можешь выслушать мнение своих солдат, готовы ли они мириться с… С ними, в общем.
Мы построили всех. Кроме Курбина и нескольких гномов, ушедших за телегами. Пришлось их ждать. А пока ждали, Илинитиль о чем-то пошепталась с принцессой, развела руками, помахала ими, приложила к горлу, и, в конце концов, о чем-то договорилась. И подошла ко мне.
— Сир рыцарь, вы спасли меня из темницы. Я ваша, и вы должны взять меня к себе отряд.
— На правах кого?
— Кого угодно, мой наставник мертва, моя миссия провалена, позор плена не смывается освобождением. За свое вызволение я обязана вам всем.
— И вы теперь спасенная из беды дама?
— Получается, так.
— Нет, госпожа, на таких условиях не возьму.
— Что?!
Воительница вся вспыхнула, еще чуть-чуть, и будет буря.
— Возьму за доблесть в бою и за красоту.
И я протянул ей руку. Илинитиль со смехом попыталась пожать мне руку, но поймал ее ладонь и поцеловал. Одобрительный гул толпы был мне ответом, а полуэльфийка просто встала рядом со мной. А затем и гномы подошли, ведя под уздцы лошадей, нагруженных телегами. Им наскоро пересказали, но, чтобы информация "переварилась", первыми высказались остроухие. Друиды предлагали прогнать, девушки-наездницы просили взять с собой. Лучники воздержались. Гномы и немногочисленные люди сошлись во мнении, что воевать рядом с демонами они не хотят, а будут ли сестры жить в Одинокой Ветви, им все равно. Илинитиль пожала плечами, Нимфирэль упросила Мишу не прогонять ее, вроде как, подруг по несчастью. Я же примкнул к мнению людей, но чиркнул в чате:
— Возьми с них клятву верности, только сформулируй ее как следует.
На том и завершилось, гномы принялись обносить сокровищницу демонской заставы, Курбин контролировал процесс и вел опись имущества. Михалк, принцесса, верховный друид и сестрички отошли в сторону, друид проконтролировал формулировки принесенной клятвы, а принцесса взяла полукровок под свою ответственность. Остальная часть армии начала готовиться к ночлегу. Одни готовили ужин, другие разбивали палатки, несколько гномов мастерили из кровати бывшего коменданта заставы новую повозку, сокровищ оказалось весьма много. Второй склад заставы содержал все вещи каравана эльфов, даже снятые с принесенных в жертву. Поэтому Нимфирэль с демоническими сестрами, ставшими ее новыми фрейлинами, в сопровождении эльфиек-наездниц ушли формировать гардероб принцессы.
— Миледи, имелся ли у вас свой багаж?
— Нет, я предпочла путешествовать налегке, даже без запасного оружия. Можете говорить мне "ты", сир.
— Хорошо, миледи, разрешаю тебе делать то же самое. Что ж, пора разбить лагерь.
Из-за потерь палаток хватило на всех, Илинитиль следовала за мной неотступно и даже на ночлег расположилась практически вплотную, в паре-тройке метров. Активность внутри заставы демонов пришлось прервать с наступлением заката, мы выставили часовых и объявили отбой. Миша и его принцесса ночевали в разных палатках, между ними расположился верховный друид, оказавшийся вдруг ревностным хранителем морали. Он и на меня с полуэльфийкой смотрел грозно, пока не убедился, что мы ночуем также в разных палатках.