Никогда Штирлиц не был так близко к провалу — дорожные рабочие опять забыли закрыть люк на тротуаре.
— Да, я давно его знаю. Но я почти никогда не был на официальных церемониях. Почти, поэтому мне и интересно твое мнение, насколько сложно общаться с эльфийской знатью.
Мы еще немного поболтали, но затем вмешался тревожный сигнал. Это жители Киреевки заметили незнакомых эльфов и подняли тревогу. К счастью, гости оказали очень даже званными — это Николь Снежная с группой всадниц на пегасах и единорогах наконец-то добралась до нашего сектора. Николь с удивлением взирала на разросшуюся прямо посреди леса деревню, а я через интерфейсы взирал на нее саму глазами полуросликов. Эльфийская воительница оправдывала свое прозвище — одежды синего цвета, синяя упряжь и броня у пегаса, и в довершение — белый посох с синим навершием. Для расы длинноухих имя у нее было очень нетипичным, но кто знает, о чем думал тот разработчик, что ввел ее в игру.
Да, деревня неплохо разрослась — норы и домики полуросликов, амбары и другие хозяйственные постройки, хлева для пойманного в округе скота. И три деревянные стены, каждая из которых появлялась по мере роста деревни. Даже поразительно, что подобных результатов мы добились, оставив всего двух эльфов и двух гномов. И тут я заметил на окраине деревни мастерскую гремлинов. Понятно, где жители взяли столько стройматериалов. Что ж, так даже лучше — мир и сотрудничество свойственны расам-подопечным волшебницы и друида, а лишняя война ни к чему.
И был у деревни свой староста, несмотря на то, что в прошлый раз я не видел его среди полуросликов. Именно с ним говорила Николь. В основном, она спрашивала и интересовалась, а староста старался подвести разговор к какой-то своей проблеме. Со Снежной прибыли пятнадцать всадниц, если что, смогут и диких зверей победить, и с монстрами справиться. И если что, то Николь может спросить совете у Михалка через интерфейс игры, заставляя жителей деревни посылать ему сигналы тревоги. А у меня есть основное дело. Я бы назвал свою идею с фортом заданием, даже квестом, но в списке квестов он не отражается. Но до форта мы еще не добрались, пусть и значительно приблизились, даже горы уже были видны впереди, поэтому я спросил у Лины:
— Скажи, а что ты знаешь о других великих воительницах? Прежде всего о Николь Снежной.
— Вряд ли ты хочешь услышать лекцию о самых сильных эльфах. Каждый из них — в чем-то особенный. И, конечно, очень искусен в бою. А что до Николь, то она владеет магией льда, поэтому ее и прозвали снежной.
— Пф-ф, как-то все просто и скучно.
— Ха, полное имя моей бабушки вместе с прозвищем и титулом ты бы замучился произносить. Так что про скуку это не новость. В империи уже устали шептаться о странности ее имени, вот почему Николь любит выполнять задания подальше от высшего света.
— Прости за мои слова, но твоя речь похожа на сплетни.
— Это все служанки матери.
Мы еще немного поболтали. А затем дорога привела нас к перекрестку. Указатель, кем-то заботливо оставленный на обочине, пояснил, что слева от нас находится ферма, справа — рудная шахта, а прямо — форт. Вот только и форт, и холм, где находилась шахта, было видно без всяких указателей. Особенно форт, он перекрывал собой перевал между двумя горными массивами — длинной цепочкой гор, идущей вблизи границы нашего сектора с севера на юг, и второй цепочкой, юго-восточной. При более близком рассмотрении укрепление, к которому мы и направлялись, больше походило на замок или крепость: массивные стены и башни, крепкие ворота, ров. Правда, с нашей стороны стены были деревянные, а башни — каменные, что наводило на некоторые мысли. Да и стражи на башнях или парапете что-то не наблюдалось.
Оставив отряд на некотором расстоянии от ворот и поставив рядом с ними точку возрождения, я постучался. Был еще только вечер, даже не начало темнеть, а на стук никто уже не отзывался. Чем они там заняты? Мои латные перчатки оставили в деревянных воротах заметные вмятины, когда, наконец, кто-то соизволил показаться. Какой-то воин выглянул сверху, из надвратной башенки, ойкнул и скрылся. Но еще минут пятнадцать я ждал, поглядывая на карту, не мелькнут ли на ней точки приближающихся бойцов.
Наконец, ворота отворились и наружу вышли оруженосец, трое латников — по самые глаза упакованные в сталь воины с массивными двуручными мечами, четверо мечников и прелат с пятью аколитами — так в игре именовались монахи. Точнее, священники младшего ранга, прелаты же были ранга старшего. Прелат, немолодой служитель церкви империи Грифона, внимательно осмотрел меня, оценил качество доспехов и произнес: