В последний раз, когда я пыталась прикоснуться к пианино, все вышло не очень хорошо.
Паника бурлит под кожей. Что, если у меня снова случится срыв? Что, если я не смогу играть... даже переодевшись?
Закрыв глаза, я пытаюсь найти свой центр.
Вдох. Выдох.
Новые воспоминания проносятся в моем мозгу. Напряженная челюсть Датча. Резкое раздувание ноздрей, когда он наклонился для поцелуя. Влажность его губ. Тепло его ладони. Вкус его языка...
Он уносит меня в темноту, как и в тот день в театре.
Я борюсь с воспоминаниями. Когда мысли о Датче стали моим безопасным местом?
Датч — не сказочный принц.
Он — злой король, который хочет разрушить все мои счастливые концовки.
Я презираю его, но его отпечаток не исчезает. Как будто он сидит со мной за роялем.
Дыши, Каденс.
Я заправляю юбку под себя, выдыхаю и кладу руки на клавиши. С каким-то благоговением я начинаю играть. Сначала нерешительно. А потом все увереннее, когда музыка внутри меня вырывается наружу.
В зале становится тихо. Все официанты и обслуживающий персонал наблюдают за мной, но я не смотрю на них.
Музыка движется через меня, мощная сила. Энергия, которую я чувствую внутри, подстегивает ритм.
Быстрее.
Быстрее.
Крещендо, которого я так жаждала.
Я закрываю глаза и отдаюсь моменту.
Время чужое понятие. Преходящее. Оно течет, не касаясь меня.
Я не знаю, как долго я играю, когда наконец чувствую что-то, кроме восторга. Это что-то, что задевает мою душу. Огонь, полыхающий на моей коже. Кто-то смотрит на меня.
Я поднимаю взгляд.
Братья Кросс.
Они стоят в конце вечеринки, но Зейн и Финн стоят ко мне спиной и разговаривают со стайкой девушек, которые их окружают. Это не они заставили меня почувствовать себя так, будто я воспламенилась.
Это Датч.
Вот дерьмо. Он пришел.
Мало того, он стоит с Пэрис. Ее рука лежит на его руке, и она покачивает головой в такт музыке, используя медленный, знойный ритм песни, чтобы потереться о Датча.
Острая боль пронзает мой живот. Я отвожу взгляд и сосредотачиваюсь на игре.
К сожалению, я не могу не видеть его и Пэрис вместе.
Неужели они теперь вместе? Он натравил на меня Пэрис, потому что она его новая королева, а я должна служить им обоим?
Чем больше я думаю об этом, тем сильнее сжимается горло.
Оно болит.
И это меня бесит.
Почему меня должно волновать, что Датч с Пэрис? Они оба должны вместе прыгнуть с моста.
Пока я сердито играю, меня посещает новая мысль. Что я буду делать, если Датч ворвется на сцену и сорвет с меня парик на глазах у всех? Это будет конец игры. Я получу шрам на всю жизнь.
Я слежу за ним, пока играю, но он не подходит ко мне. Он просто стоит сзади, глядя мне в лицо и позволяя Пэрис прижиматься к нему — настолько, насколько она может в этом обтягивающем русалочьем платье.
Минуты теперь кажутся часами. Каждое тиканье часов когтями впивается в мою кожу и кости. Я едва могу досидеть до конца игры.
Руки дрожат так сильно, что я неловко стучу по клавишам.
Это стыдно.
И от этого стыда я еще больше напрягаюсь.
Датч наклоняется, чтобы прошептать что-то на ухо Пэрис, но его глаза все еще смотрят на меня. Я чувствую себя вытянутой и обнаженной. Как будто я стою голая за роялем, и те части меня, которые являются личными и ценными, выставлены на всеобщее обозрение и названы никчемными.
Я ухожу в себя.
Наконец Пэрис отпускает Датча и поднимается на сцену, чтобы освободить меня от моих обязанностей. Пока она там, она произносит небольшую речь. Толпа аплодирует мне, но я едва слышу их. С небольшой и нервной улыбкой я опускаю голову и спешу к выходу.
И тут я вижу Кристу. Она пьяная вваливается в роскошный дом Пэрис.
Ее глаза встречаются с моими. Ее взгляд чудовищно темный.
— Ты!
Она указывает в мою сторону.
Она узнала меня?
В тревоге я закрываю лицо рукой и спешу в противоположном направлении, ища другой выход.
Я замечаю открытый балкон, вскарабкиваюсь через дверь и прыгаю под лестницу, чтобы спрятаться в тени.
Над моей головой раздаются чьи-то шаги. Я задерживаю дыхание, словно я звезда фильма ужасов.
Туд. Туд. Туд.
Удаляющиеся шаги заставляют мои плечи опуститься в облегчении. Я в безопасности. Пока что.
Но как мне выбраться отсюда, чтобы Криста меня не заметила?
Вокруг участка забор. Боковые ворота ведут к передней части дома. Я могу воспользоваться этим выходом, но мне никак не удастся скрыться от посторонних глаз, если я появлюсь на виду в этом ослепительно-рыжем парике.
В темноте я срываю парик, вытряхиваю из пиджака плечи, а затем сворачиваю его в комок, чтобы получилось что-то вроде сумочки.