Я низко пригибаюсь и бросаюсь на Дюка, как футболист, выбивая из него дух, когда он выпускает пулю, которая летит в потолок. Я наваливаюсь на него сверху, разворачивая кулаки так же, как накануне на Вито. На этот раз меня никто не остановит.
Никто, кроме сладкого голоса Джозефин, выманивающего меня из бурной пучины гнева.
— Лука, не убивай его, не здесь. Мы должны отвезти Моник в больницу. Где Джет?
— С Сани, снаружи. — Говорю я ей, отходя от окровавленного тела Дюка.
— Еще один пожар сегодня? — С ухмылкой спрашивает она, потянув меня за рубашку, когда я беру Моник на руки.
Ее тело обмякло, но она дышит. Я заставляю ее открыть глаза и осматриваю кожу. Она вся в поту, а пульс учащен.
— Я замерзла, ребята, сделайте кондиционер потише — бормочет Моник, отмахиваясь от моих рук.
— Ты тупая пизда! ПОШЛА ТЫ! — Бушует Дюк у нас за спиной. — У тебя не будет счастливого конца. Ты разрушила мою гребаную жизнь! У тебя не будет счастливого конца! Ни со мной, ни, черт возьми, без меня.
Дюк бежит к нам на полной скорости. Звук выстрела рядом со мной заставляет меня вздрогнуть. Дым, поднимающийся из ствола «Глока» в руке Джо, шокирует меня не меньше, чем ее. Я оставляю Моник лежать на кровати, а сам двигаюсь к Джо, вынимая пистолет из ее руки, чтобы стереть с него отпечатки пальцев.
— Он…? — Спрашивает Джо с легкой дрожью в голосе.
— Мертв? — Я заканчиваю за нее и качаю головой, уходя из поля ее зрения.
Дюк катается взад-вперед, схватившись за ногу, из пулевого отверстия в колене сочится кровь. Джо облегченно вздыхает.
— Ну ты и стрелок. — Смеюсь я. — Но у нас еще много времени, чтобы потренироваться.
Как только прибывает кавалерия, мы выходим на улицу, где солдаты Марзано наводят порядок как раз к тому времени, когда появляется полиция с агентом Шоу. Парамедики забирают раненых, пока мы даем показания агенту Шоу.
Большую часть разговора ведет Джозефин. Ее навыки импровизации просто феноменальны.
— Вито Дакоста работал с моим бывшим, Дюком, чтобы шантажировать меня, заставляя сниматься в порнофильмах. Дюк ненавидел меня за то, что я родила ему ребенка, а потом жила без него. Дюк сказал мне, что с Вито в его углу, Вито и Лука убьют друг друга, и он надеялся, что я стану жертвой в процессе того, как они уладят разногласия в студии.
— О, так это была не война мафии? — Спрашивает агент Шоу, стоя за спиной офицера, принимающего заявление Джозефин.
Офицер смотрит на агента Шоу через плечо, а затем возвращает свое внимание к нам. Джо продолжает:
— Нет, насколько я знаю, мой бывший пытался похитить нашего ребенка после того, как я подала на него судебный запрет, и ранить меня в процессе, чтобы сохранить опеку над Джетом.
— Спасибо, мисс Хансен. Я оставлю вам свою визитку и свяжусь с вами позже, чтобы уточнить некоторые моменты. — Офицер откладывает блокнот и идет к клубу, где Дьюка вывозят на каталке.
— Эта сука стреляла в меня! Она разрушила мою жизнь уже три раза! Не раз, не два, а три раза! Черт. Три раза! Я хочу, чтобы ее арестовали! — Кричит Дюк.
— Дюк Эверетт, вы арестованы за незаконное лишение свободы несовершеннолетнего, создание угрозы для ребенка, нарушение соглашения об опеке по решению суда, нарушение судебного приказа, — все это офицер перечисляет Дюку, который становится все тише с каждым перечисленным преступлением.
Когда народ расходится, Джо наконец-то обнимает Джета, а я увожу свою семью в безопасное место.
27
ДЖОЗЕФИН
Звуки соревновательного плавания первым делом вырывают меня из столь необходимого сна. Мне приходится выталкивать себя из кровати, самой удобной из всех, в которых я когда-либо спала, с самым великолепным видом на море из дома Луки на скале.
Мир.
Вокруг нас наконец-то воцарился мир, когда я накидываю халат и выхожу на балкон, где Джет стоит на краю бассейна, пока Лука делает круг. Как только Лука заканчивает круг, Джет прыгает в воду, чтобы сделать то же самое. Они плавают по кругу каждое утро вот уже месяц, с тех пор как разразилась эта история с Дюком и Вито.
— Мама! Мама! Ты смотришь? Посмотри, как я быстро плыву! — Джет кричит с восторгом в глазах, как будто произошедшего и не было. Его счастье значит для меня все, и это самое главное. Когда безумие того времени всплывет в памяти, мы обратимся к психотерапевту. А пока в расписании Джета только плавание и дни на съемочной площадке, поскольку школа закончилась на лето.