– Но, думаю, ты была права.
– Ох, как же приятно это слышать. Ты должен чаще так говорить.
– Просто этого никто не видел. И если человек невольно забредал сюда, то его тут же отправляли домой.
– Или съедали чудовища.
– Надя, мы их встретим достаточно на своем пути. Не надо так радоваться этому.
Она пожала плечами. Все равно их впереди ждала только смерть. Так что оставалось надеяться, что она окажется интересной.
– Мы выберемся отсюда, – тихо сказал он, но на его лице виднелась неуверенность.
– Нет, не выберемся. На нас лежит проклятье темного рока. Но, прошу, не теряй свой впечатляющий оптимизм, он так прекрасно тебе подходит.
Вздохнув, Малахия вытер руки и предплечья, а затем слегка коснулся пальцами стены. И в тот же миг десятки чернильно-черных глаз распахнулись на его руке, шее и лице. Он сразу же отдернул руку и тихо зашипел сквозь зубы.
– Это действительно того стоит? – прошептал он.
«Стоило ли это возможности показать Транавии, что они больше не смогут навредить Калязину своей магией? – задумалась Надя. – Стоило ли это прекращения войны? Стоило ли это возвращения благосклонности богов?»
Да!
Но она не думала, что он разговаривал с ней. И все же встретилась взглядом с его светло-голубыми глазами и кивнула.
– Можем подождать до утра? Я бы предпочел не взламывать это сейчас.
Его беспокойство не удивляло. Вдобавок уже стемнело, и Надя прекрасно все понимала. Ведь ее шутки о чудовищах были не так далеки от истины. Она даже не представляла, с чем они могут столкнуться на другой стороне. К тому же чудовища оказались здесь ужасными и реальными… А ей не хотелось терять Малахию сейчас.
Надя протянула ему книгу заклинаний. Он пристегнул ее к поясу, а затем уселся рядом и взял ее испорченную шрамами руку. Почерневшие вены не расползались дальше, но выглядели усохшими. Малахия осторожно провел указательным пальцем по ее шраму. С разговора в монастыре он выглядел очарованным ею, но Надя до сих пор не понимала, чем это вызвано. К тому же после того, как они вышли с поляны, боль стала не такой сильной. Может, ее и правда вызывал тот факт, что Надя отказывалась от силы. Может, использование силы никак не навредит ей. Но… она и сама не понимала, действительно ли верит в это.
– На той поляне стояло очень много статуй, – заметил он.
И почему он выбрал тему, на которую Наде совершенно не хотелось говорить?
– Много, – согласилась она.
Вероятно, он был прав. Видимо, существовало какое-то писание о Вознесении, о котором калязинцы не говорили. Если вообще знали о нем.
– Если ты продолжишь говорить с таким самодовольством, я не стану с тобой разговаривать, – сказала она.
Самодовольства на его лице слегка поубавилось.
– Ты же сам сказал, что заклинание не сработало, – напомнила она. – К тому же твоей статуи нет на той поляне.
– Но могла бы быть там. Мы же не знаем, откуда они взялись.
– А разве это имеет значение?
– Да, потому что ты так носишься с двадцатью из них. Лишь с двадцатью существами на той поляне. А как же остальные?
– Видимо, за долгие годы церковь…
– Мы сейчас говорим не об апокрифических текстах, Надя.
Она откинулась назад и уперлась руками в землю рядом с его руками. Малахия слегка передвинул ладонь и накрыл ее пальцы, отчего лицо Нади загорелось. Но его взгляд оказался направлен на стену.
– Думаю, мы смотрим на все не с той стороны, – задумчиво произнесла она.
– Мы?
Ее лицо загорелось еще сильнее. Боги, она ненавидела этого несносного парня.
– Да, Малахия. Ты оказался офигенно прав насчет связи между силами и божественностью.
Он так лучезарно ей улыбнулся, что у нее заныло в груди. Надя очень давно не видела, чтобы он так улыбался.
– Я так мечтал это услышать. Спасибо.
– Не обольщайся. Я все еще считаю, что ты ошибался насчет того, что эта связь подрывает концепцию божественности.
– Как думаешь, почему остальных выгнали из калязинского пантеона?
Этого Надя не знала. Но не сомневалась, что существовали тексты об этих богах и о том, что с ними случилось. Катя смогла собрать информацию по крупицам – ну или не совсем уж крупицам, – но ее скрывали от Нади. Неужели церковь опасалась, что она начнет искать их? С какой стати ей это делать? Если бы она не получила от Кости подвеску, сдерживающую Велеса, то никогда бы не узнала о них.
Если только… эта встреча не была предрешена.
Надя посмотрела на свою руку.
– Не думаю, что это имеет значение.
Малахия тихо рассмеялся.
– Ты такая упрямая. Как это может не иметь значения?