Усмехнувшись, Рашид потянул ее тунику вверх, а затем развязал повязку на боку и аккуратно протер кровоточащие раны.
– Перестань напрягаться, или они никогда не заживут, – попросил он.
Надя фыркнула в ответ. Его руки согревали ее кожу теплом, пока он перевязывал ее раны свежими бинтами.
– Я устала сидеть без дела. Нам нужно выяснить, куда пропал Серефин.
Малахия поднял голову.
– Не смей! – воскликнула Надя.
Он с тихим стуком вновь уронил ее на стол.
– Зачем он тебе?
– Ты ничего ему не рассказал? – спросила она у Рашида.
– Так как он непосредственный участник всех событий, я думал, он все и так знает.
– Я ничего не помню, – удрученно пробурчал Малахия.
А затем медленно поднял голову. Так как Рашид уже закончил, Надя не стала возражать. Несколько налитых мукой и кровью глаз открылись на щеке Малахии. Он вздрогнул – видимо, его зрение страдало каждый раз, когда это происходило, – а на лице отразилось ошеломление, и Надя в очередной раз задалась вопросом, истинная ли это эмоция.
– Теперь ты понимаешь, почему мне так трудно тебе поверить?
– Как невероятно удобно, – раздраженно кивнув, сказал Малахия.
Он подпер руками подбородок и нахмурился. Надя помнила, как выглядели его глаза, перед тем как он выскочил из святилища, так что, возможно, потеря памяти – это не выдумки.
Она опустила голову на плечо Рашида. В комнату вошла Париджахан и положила карту на стол. Вслед за ней плелся Костя. Он поставил перед Надей кружку с чаем, а затем занял последнее свободное место рядом с Малахией и прислонился к дверному косяку.
– Так какие у нас планы? – спросила Париджахан.
Надя сделала глоток чая и тут же поймала себя на мысли, что тот, который готовил Малахия, показался ей вкуснее. Она на мгновение прикрыла глаза и мысленно отругала себя, после чего наклонилась вперед и постучала пальцем по горам Валикхор.
– Мне нужно добраться сюда.
– Но это на другом конце Калязина, – осторожно заметила аколийка. – А зачем тебе он? – поинтересовалась она, кивнув в сторону Малахии.
– Я думал, что он нам нужен только из-за красивых глаз, – сказал Рашид. – По которым мы так сильно скучали.
– Ты такой льстец, Рашид, – ответил Малахия.
– Только с тобой.
– У подножия гор есть храм, – прерывая шутливую беседу парней, начала Надя. – И говорят, что в нем можно напрямую пообщаться с богами.
– Мне казалось, что ты можешь делать это с рождения, – встрял Малахия.
По какой-то причине его остроты Надя воспринимала намного легче, чем сочувствие, которое наверняка оказалось бы фальшивым. Зато она отлично чувствовала, как Костя прожигает ее взглядом.
– Это очень далеко, – задумчиво произнесла Париджахан. – Так далеко, что вряд ли кто-то сможет меня отыскать.
Малахия с любопытством покосился на аколийку. Она не стала ничего добавлять, но этот взгляд говорил о понимании между ними.
Нахмурившись, Надя положила руку на стол. Чернота от спирального шрама расползлась уже по всей ладони и тянулась тонкими линиями к кончикам пальцев. Костя в ужасе ахнул, но его реакция ни капли не удивила. А вот побледневшее лицо Малахии пугало до безумия.
– Несмотря на то, что мне удалось позаимствовать твою силу, честно говоря, я сейчас не обладаю и каплей магии. Вернее, у меня есть это, но мне кажется, это способно убить меня.
Малахия склонился над столом и, неуверенно покосившись на Надю, взял ее руку в свою. Шрам на его ладони выглядел лишь бледной зажившей линией.
Он коснулся тыльной стороной ладони железным когтем на большом пальце. Надя тут же зашипела от холода и внезапно возникшего ощущения чего-то еще. Магии, которую она не чувствовала уже несколько месяцев. Нахмурившись, он несколько мгновений сосредоточенно думал о чем-то, а затем на его лице появилась улыбка. Убрав карту в сторону, Малахия залез на стол, скрестил ноги и слегка сгорбился, после чего подтянул руку ближе к своему лицу.
– Словно его удерживают там, – задумчиво произнес он. – Я… – Малахия замолчал на мгновение. – Ты должна была умереть от полученных ран в Соляных пещерах.
– Но магия крови не способна на исцеление, – заметила Париджахан.
– Нет… Но я сделал это. Я передал тебе частичку своей силы, чтобы ты выжила. – Он посмотрел на Надю из-под спутанных черных волос. – Она не должна была задержаться там.
– Эта чернота там уже давно, – ответила Надя. – С тех пор, как я украла твои силы в соборе.
– Я уже говорил тебе, насколько неприятно это оказалось? – медленно произнес Малахия и вновь принялся рассматривать ее руку.
Тепло его кожи отвлекало от происходящего. Он слегка отвел в сторону ее указательный палец, а затем, едва касаясь, провел подушечкой по ее ногтю. Задумчиво хмыкнув, Малахия показал ей свой палец.