ГЛАВА 15
Адам
Мне было неприятно оставлять ее после того, как я увидел, какой душевный надлом вызвало это видео. Но я не мог оставить безнаказанными и преступления ее семьи. Относиться к моей жене с таким пренебрежением было отвратительно. А то, как поступил ее отец, – омерзительно. Если бы он не совершил столь отвратительный поступок, я бы, возможно, оставил его в живых, хотя бы ненадолго.
Мы едва успели подхватить ее, прежде чем она потеряла сознание. Я был благодарен Мерсеру за то, что его рефлексы были так же хороши, как мои. Когда мы привели ее в чувство, я подхватил ее на руки, убирая пряди волос с лица, а затем посмотрел на своего друга.
— С ней все будет в порядке, правда?
Он кивнул, успокоив меня.
— Это был шок.
Я закрыл глаза, пытаясь сдержать бурлящую внутри ярость.
— Может, ей стоит обратиться к врачу?
— Я позвоню нашему дежурному врачу. Узнаю, сможет ли он приехать на дом.
Из-за камня, застрявшего в горле, глотание давалось с трудом. Руки затекли, и казалось, что я могу уронить ее в любой момент.
— Я отнесу ее в свою комнату. Пришли доктора, когда он придет.
Мерсер вопросительно поднял бровь, но не сказал ни слова, пока я шел по коридору и распахивал дверь своей спальни. Эта чертова собака все время шла за мной по пятам. В своей комнате я положил Белль на кровать, а затем накрыл пледом. Собака вскочила, и я зарычал на нее.
— Прочь.
Она не послушалась, только походила по кругу, а потом рухнула рядом с Белль, положив голову ей на живот. Я оскалился.
— Думаешь, я этого не знаю? Вот почему я пригласил доктора.
Собака оскалилась, и я отмахнулся от нее. К черту ее и ее суждения. Я делал то, что необходимо сделать, даже если Белль не могла с этим справиться. Так будет лучше для нее, лучше для них обоих. У них не будет ее токсичного отца, который всегда таится на заднем плане и представляет опасность. Я не знал, какую игру затеял Аккардо, отправляя это видео, но если он хотел вернуться к своему альянсу и устранить угрозу, я с радостью сделал бы это за него.
Я пододвинул стул и сел, наблюдая за женой. Она была прекрасна, и признание этого факта словно тисками сжимало мое сердце. Я любил Элизабет, и это было предательством – смотреть на Белль и чувствовать что-то, хоть что-то.
Я оглядел комнату, в которой никогда не спала моя жена. Я никогда не приводил ее сюда, не приглашал ни в одно из своих личных пространств. Не знаю почему. Эта комната никогда не принадлежала Элизабет. Та была заперта за дверью в западном крыле. И все же я подумал, не рассердится ли Элизабет на то, что я положил Белль на свою кровать, даже если мои намерения были достаточно чисты.
— Она хорошо смотрится на твоей кровати, — прокомментировал Мерсер, входя в комнату и не удосужившись постучать.
— Твоя собака со мной не спит.
— Я говорил не о Леди.
И он был прав. Кремовая кожа и каштановые волосы Белль выглядели подобно портрету на фоне моих черных простыней.
Я не понял, на что он намекает.
— Твоя собака отказалась двигаться.
— Она беспокоится о своей маме, — он подошел к краю кровати. — Доктор будет здесь через двадцать минут.
— Ее мама, хм?
Он пожал плечами.
— Она единственная девушка в этом доме, а Леди еще ребенок.
— На секунду я подумал, будто ты передумал над моим предложением, — я замолчал, когда Белль зашевелилась.
— Я думал об этом. Это все, о чем я могу думать, правда, — он вздохнул, протянув руку вперед и погладив собаку по голове. — Разве не ей решать?
— Я не могу дать ей все, что ей нужно.
Черт, я сомневаюсь, что смогу дать ей хоть что-то кроме финансов. У меня и так дерьмовая работа.
— Разве ты не должен позволить ей самой решать, что ей нужно?
Я ненавидел то, что Мерсер был прав. То, что ей нужно, Белль сама должна была просить, брать, и я не знал, попросит ли она когда-нибудь больше, чем кто-либо из нас может ей дать.
Ее глаза на мгновение затрепетали, затем она зажмурилась, и я наклонился вперед.
— Милая, просто отдохни, хорошо? К нам придет врач, чтобы осмотреть тебя. Будешь как новенькая. Ты просто потеряла сознание, вот и все.
Она с трудом приходила в себя, ее веки зашевелились, пытаясь ухватить сознание. Потом Леди прижалась ближе, и Белль вздохнула, расслабившись под весом щенка. Думаю, хоть я и не люблю животных, собака может остаться. Все, что угодно, лишь бы нашей девочке было удобно.
***
Через пять часов пришел врач и признал Белль здоровой, посоветовав побольше отдыхать и пить жидкость. Сердце ребенка было сильным, и когда Белль наконец очнулась, то выглядела совершенно здоровой. Но я все еще не разрешал ей двигаться. Я не хотел рисковать.
Не обращая внимания на ее протесты, я оставил ее с Мерсером в своей комнате, смотреть фильм, а сам топал по каменным ступеням в подвал. Там было холодно, сыро, темно; идеальное место, чтобы держать пленника, пока я не захочу с ним разобраться.
А Винни Крузейо был пленником.
Эйс прибыл час назад и сразу бросил его в подвал, а затем прокрался наверх, не позволив Белль увидеть его в крови. Умный ход. Ее отец заслуживал смерти, но она не заслуживала того, чтобы видеть ее последствия.
Я выждал час после возвращения Эйса, прежде чем позволил себе оставить Белль. Я знал, что Винни никуда не денется. Эйс не оставил бы его там просто так, без охраны. К тому же Дрю и Макс охраняли дверь, и я был уверен, что они не позволят никому даже близко прикоснуться к Белль.
Они последовали за мной в подвал, стоя на страже на случай, если мне понадобится помощь. Я не ожидал, что мне понадобится помощь. Стареющий, развалившийся на полу мужчина не был тем человеком, который позволил мне уйти с его дочерью от алтаря.
— Винни. Мой друг, — в этом слове не было ничего ласкового, и когда Винни поднял голову, его лицо было покрыто засохшей кровью, а нос кривился, я понял, что Винни уже успел пообщаться с Эйсом.
— Где моя дочь? Она не позволит тебе этого сделать.
Я медленно улыбнулся, изображая радость.
— Наверху, в моей постели. И у меня уже есть ее разрешение.
Я мог бы опустить подробности того, почему она там, но это не имело значения. Она была моей женой, и я не должен был ничего объяснять этому человеку.
Он хмыкнул, а затем поморщился.
— Она шлюха.
Я втянул воздух сквозь зубы, издав свист.
— Винни, это ведь не совсем так, правда?
— Почти, — из-за отсутствия зубов он немного шепелявил при разговоре, что не свойственно мафиози.
Я скрестил руки перед собой и некоторое время смотрел на него сверху вниз. Убедившись в правильности своего решения, я взял набор автомобильных зарядных кабелей, висевших на стене. Один из них я подсоединил к металлической части кабеля, затем достал аппарат, который Мерсер переделал для этой цели, и подсоединил другой к ручке.