Я прикусил язык, чтобы не ответить, зная, что это не принесет мне ничего хорошего.
Отец раздраженно вздохнул, снова глядя на фотографии на своем мониторе. Его челюсть сжалась, когда он внимательно осмотрел их.
— Сколько раз я учил тебя, как важно сдерживать свои эмоции? — тихо спросил он, и мои мышцы напряглись в ожидании его следующего шага. Я знал, что будет дальше.
Тыльная сторона его ладони ударила меня по лицу, и меня отбросило на шаг назад, когда моя губа рассеклась, а язык покрылся кровью.
Я вздрогнул за мгновение до следующего удара, и он зарычал от ярости из-за этой незначительной неудачи. Он сжал кулак для повторного удара, и сила его выпада отбросила меня назад на книжную полку, которая стояла у стены, и я упал на одно колено.
Дверь с грохотом распахнулась, и Лэнс вбежал, крича от гнева, когда моя боль позвала его на помощь через нашу связь.
Отец зарычал на него, выбросив руку, когда он применил магию, чтобы удержать его.
Лэнс пустил в ход свою силу, в комнату ворвался мощный ветер, направленный прямо на моего Отца. Прежде чем он смог сделать то, что он намеревался, Отец призвал собственную магию воздуха, поймав силу Лэнса в свою сеть и обернув ее против него.
У водоворота выросли пылающие когти, когда он обрушился на моего друга, прижимая его руки к бокам, чтобы обездвижить и остановить его магию на своем пути. Пламя превратилось в шнуры, которые затянулись вокруг Лэнса, прожигая его одежду и обжигая плоть, удерживая его на месте.
Лэнс закричал от боли, когда упал на пол, а магия моего Отца продолжала сжигать его.
— Прекрати! — закричал я со своего места, скорчившись на полу, пламя вспыхнуло в моей правой руке, в то время как кинжал сформировался изо льда в левой.
Я поднялся на ноги и сделал шаг навстречу человеку, который был ответственен за все плохое в моей жизни.
Отец перевел свой стальной взгляд на меня.
— Ты уверен, что готов бросить мне вызов, мальчик? — пренебрежительно выплюнул он. — Потому что на твоем месте я бы долго и упорно думал о своем следующем шаге.
Я пристально посмотрел на него, мой взгляд метнулся к Лэнсу и обратно, пока я боролся с огнем, который жаждал вырваться на свободу в моих жилах, и осознанием того, что я не смогу выиграть этот бой. Я не был достаточно силен, чтобы встретиться с ним лицом к лицу. Пока нет.
Я слегка покачал головой, опустив глаза, когда погасил пламя в своей руке, и ледяной кинжал пролился сквозь мои пальцы не более чем лужицей теплой воды.
Потребовалось меньше полсекунды, чтобы сила моего отца обрушилась на меня. Меня отбросило назад, и я покатился по полу.
— Ты чертов ублюдок! — проревел Лэнс за спиной моего отца.
— Иногда эта связь, которую я наложил на вас двоих, такая неприятная, — прорычал отец в ответ на его продолжающиеся оскорбления.
Его ботинок врезался мне в ребра, и воздух вырвался из моих легких.
Я сжал кулаки и подавил крики боли, которые хотели вырваться из моего горла. Я знал, что каждый шум, который позволю себе, принесет мне только еще один удар. И еще один удар.
Лэнс продолжал ругаться на него, пока длилось его наказание.
Когда он наконец закончил со мной, он отступил назад и поправил галстук, залечивая раны на костяшках пальцев. Я лежал, тяжело дыша, на полу перед ним, агония пронзала мое тело, и Дракон во мне боролся под моей плотью, отчаянно пытаясь сбежать. Однако я держал его в узде; если бы я обернулся, он бы тоже, и мне было бы не лучше.
— Приведи себя в порядок, прежде чем присоединиться к нам за ужином, — холодно сказал отец, выходя из комнаты.
Он был на полпути по коридору, прежде чем выпустил Лэнса из-под власти своей магии, и мой друг выругался, когда бросился ко мне.
Я выпрямился, опираясь на край стола, и он схватил меня за руку, чтобы поддержать.
Я выплюнул комок крови изо рта, и он начал залечивать мои раны, не потрудившись спросить моего разрешения. Я знал, что они причиняют ему боль почти так же сильно, как и мне, в любом случае, он и не примет отказа в качестве ответа.
Я не смотрел на него, пока он работал, вместо этого уставившись на фотографии на компьютере моего отца. В этом пожаре было что-то такое, что не сходилось. Кто-то взял этот кинжал, а это означало, что он почти наверняка был устроен специально. Они пришли к одному из самых могущественных фейри в Академии, черт возьми, в стране, но почему? Кто мог быть таким глупым? Кто рискнет вызвать мой гнев, когда я его поймаю? Единственными людьми, о которых я мог вообще подумать, кто ненавидел меня настолько, чтобы захотеть вот так напасть, были Вега, но мысль о том, что они нанесут мне ответный удар, была нелепой.
Кто бы это ни был, он уже отметил себя для полной силы моей мести. И я был чертовски уверен, что поймаю его. Когда я узнаю, кто, черт возьми, это сделал, я заставлю их заплатить за проблемы, которые они причинили мне кровью и страданиями.
Мой кулак был решительно сжат, и гнев горел глубоко в моей груди.
— Я что-нибудь пропустил? — спросил Лэнс, закончив лечить меня.
Я покачал головой; все травмы исчезли, как будто их вообще никогда ни е было.
Оставались только шрамы, которых не было видно.
Я взглянул на Лэнса, хотя и не поблагодарил его. Он не хотел, чтобы я это делал.
Всякий раз, когда я пытался, это делало ситуацию еще более неловкой. Связь заставляла его помогать мне, когда я в этом нуждался, независимо от того, хотел он этого или нет. Хотя мне хотелось бы думать, что он все равно захотел бы этого, но тот факт, что у него отняли выбор в данном вопросе, означал, что я никогда не мог быть в этом уверен.
У него были мешки под глазами, и я мог сказать, что его магия была на опасном исходе после ссоры с моим отцом и его усилий по исцелению меня.
— Вот, — пробормотал я, протягивая ему свое запястье.
Он колебался. Мы оба договорились не делать этого слишком часто; всякий раз, когда он кормился от меня, мне казалось, что связь между нами обостряется, превращается во что-то более осязаемое, чему труднее сопротивляться. Но ему нужна была кровь, а у меня была лишняя сила в этом кишащем золотом доме. Даже дверные ручки были из чистого золота.
Зубы Лэнса скользнули в мою плоть, и я терпеливо ждал, пока он возьмет от меня то, что ему нужно. Боль в моей груди усилилась, когда он втянул в себя мою силу, и мне пришлось бороться с желанием притянуть его ближе, провести руками по его волосам — я стиснул зубы.
Эта связь так испорчена во многих отношениях.
— Он становится хуже, — пробормотал я. — Скоро нужно будет что-то предпринять.
Лэнс застонал, заставляя себя отпустить меня, и сделал размеренный шаг назад, хотя я мог сказать, что ему было трудно это сделать.
— Может быть, нам следует расширить наши планы, — сказал он, удерживая мой пристальный взгляд.
— Да, — согласился я. — Может быть, стоит.
— Если ты готов сопротивляться сильнее, я могу удвоить свои усилия по твоему обучению. Поднять тебя на следующий уровень. — Его взгляд был настороженным, когда он предлагал это, мы оба знали, что то, что он предлагал, было опасно, возможно, даже смертельно.
Но если я хотел получить хоть какой-то шанс встретиться лицом к лицу со своим отцом и победить, то мне нужно было получить все возможные преимущества.
Я подавил вспышку сомнения, которая поднялась во мне, и полностью проигнорировал щепотку страха, которая просачивалась сквозь мою кровь.
— Я готов, — твердо сказал я. И даже если бы мы оба знали, что это может быть неправдой, никто из нас не упомянул об этом факте. Пришло время нам начать стараться сильнее.
— Нам нужно будет быть особенно осторожными с ФБР в кампусе,
Лэнс предупредил. Если бы нас поймали, то мы оба знали, что даже моей фамилии может оказаться недостаточно, чтобы защитить нас от последствий.
Я твердо кивнул, но не отступил.
— Знаю. Но пришло время нам сделать это.
Лэнс одарил меня мрачной улыбкой.
— Тогда, как только вернемся, начнем.