Сегодня утром она была необычно молчалива, ее губы были сжаты в тонкую линию – разительный контраст с той женщиной, которая ещё вчера буквально засыпала нас вопросами. До “Макдоно” ехать недалеко, всего несколько кварталов по оживленной улице. Это расстояние мы легко можем преодолеть пешком, но, учитывая напряженную атмосферу этой встречи, в машине с пуленепробиваемыми стеклами и укрепленным стальным каркасом нам безопаснее. Я бросаю на нее взгляд, замечаю, как она смотрит в окно, погруженная в свои мысли, и решаю не заставлять её говорить, по крайней мере, пока. Невидимая стена, которую она возвела между нами, пока кажется прочной, но долго она не продержится. Я буду разбирать её по кусочкам, пока ничего не будет разделять ее со мной.
— Добро пожаловать, джентльмен. — Когда мы выходим из машины на тускло освещенную парковку, нас встречает Лиам Кавано, глава ирландской мафии в Сиэтле. Он приближается к нам уверенной походкой, а двое его сыновей идут по обе стороны от него. — И леди, — добавляет он, увидев, как Джиа выходит за мной.
— Лиам, — тепло приветствую я, мои губы расплываются в улыбке, когда я делаю шаг вперёд и крепко жму ему руку. — Парни, — добавляю я, обращая внимание на близнецов, Шеймус и Кирнан, которые во всём похожи друг на друга. Они обмениваются насмешливыми взглядами, их глаза блестят от узнавания, выработанного годами дружеских шуток. Эти однояйцевые близнецы, всего на десять лет младше меня, были объектом моих игривых поддразниваний с тех пор, как я себя помню. С тех пор, как я преподавал им защиту в школе Elite, когда они были ещё детьми, я с удовольствием подшучивал над ними.
После того, как остальные мужчины дружески приветствовали друг друга, Лиам обращает внимание на Джию. — И кто же это может быть?
Договариваясь о нашей поездке сюда, я не дал ему много информации о Джие, только то, что возьму с собой невесту. Он забросал меня тысячей вопросов по телефону, и я отказался отвечать на них, пока мы все не соберемся. Видит Бог, я ненавижу повторяться.
Положив руку ей на талию, я помогаю ей встать рядом со мной, слегка улыбнувшись, чтобы ободрить её. — Лиам Кавано, это Джиа Нардони, моя невеста, — представляю я их. Лиам приподнимает бровь, глядя сверху вниз на Джию, которая крепко стискивает зубы, а глаза полны недовольства. — Джиа, это Лиам, глава клана Кавано здесь, в Сиэтле, и его два сына, Шеймус и Кирнан. — Я обязательно указываю, кто есть кто, но теперь их уже не так сложно отличить, как раньше.
Когда она молчит, я сжимаю ее талию, мои пальцы предупреждающе надавливают на ее бок.
— Приятно познакомиться. — Черт, даже мертвецы могут проявить больше энтузиазма, чем она.
Лиам сдерживает смех, его зелёные глаза лучезарно сверкают, когда он встречается со мной взглядом. — Похоже, ты наконец-то нашёл себе пылкий дух.
Пылкий дух, блин. Скорее, упрямый и дерзкий дух.
— Мы последние?
Мой друг недоуменно качает головой, но позволяет мне перевести разговор на другую тему. — Все уже здесь, кроме Томаса и его людей. У них возникли проблемы с выездом из Бостона.
Мы с Кензо и Адрианом неуверенно переглядываемся, но Шеймус нас успокаивает. — Взлётно-посадочные полосы были скользкими из-за зимних штормов, — уверяет он нас, что это не что-то злонамеренное, вроде целенаправленной атаки. — Они просто поздно вылетели.
— Приятно слышать, — с облегчением вздыхает Кензо. — Мы боялись, что, собрав всех вместе, мы привлечем нежелательное внимание.
Такое внимание, из-за которого их отцы погибли во время взрыва. Не секрет, что наши встречи редкие и приберегаются скорее для случаев необходимости, чем по собственному желанию. И всё же в последний год мы оказывались вместе чаще, чем когда-либо прежде, сплоченные обстоятельствами, которые требуют нашего единства. Ваню похитила её сестра-психопатка, а затем их свадьба с Адрианом. Свадьба Кензо и последующее похищение Эвелин. А теперь ещё и эта война. К черту все, если я позволю Джиа пополнить счётчик похищений.