Закончив с представлениями и обменом любезностями, мы направляемся к внушительным стальным дверям, которые обозначают вход в заднюю часть McDonough's, бара Лиама, ласково названного в честь его первой любви, Кэтрин МакДоноу.
Приближаясь к главной зоне отдыха, мы слышим доносящийся до нас смех, смешивающийся со звоном бокалов и гулом оживленных разговоров. Как только мы появляемся, нас встречает хор тёплых улыбок и восторженных приветственных возгласов, и зал наполняется гостеприимным сиянием.
— Братья, — Маттиас Дашков широко улыбается, вставая со своего места и по-братски обнимая каждого из нас. — Как же я рад вас видеть. Давно не виделись.
— Ты всегда можешь приехать к нам, — поддразнивает Адриан. — У тебя же есть права, да? Если только их не отобрали из-за твоего преклонного возраста, старина. — Остальные, выстроившиеся нам навстречу, разразились смехом.
Маттиас прищуривается, глядя на друга. — Ты и сам не молод, засранец. — Адриан ухмыляется, когда здоровяк-русский называет его маленьким засранцем.
— Верно, — признаёт Адриан, пожимая плечами. — Но я всегда буду выглядеть моложе тебя, и это главное.
Маттиас покатывается со смеху, а потом поворачивается к Джие. — А это кто?
— Это Джиа Нардони, — представляю я её. — Джиа, это Маттиас Дашков, один из Паханов Братвы Дашковых и зять Лиама.
— Пока что, — шутливо бормочет Лиам, проходя мимо нас к своей дочери, жене Матиаса.
— Будь добрым, — посмеивается Ава, глядя на отца, который тянется за свертком, который она прижимает к груди. Как только дочь благополучно оказывается у него на руках, она с улыбкой поворачивается к нам. — Рада снова тебя видеть, Виталий. — Она наклоняется и целует меня в обе щёки, а затем переключает внимание на Джию. — Привет, Джия. Я Ава, жена Маттиаса.
— Но что ещё важнее, другой Пахан, — резко отвечает Лиам. — Лучший, если хочешь знать мое мнение.
— Aithair22. — Это слово — раздраженный вздох. — Leor23.
Вместо того чтобы выглядеть наказанным, Лиам расплывается в улыбке. — Никогда, mo stór24.
Ава закатывает глаза, снова обращает внимание на женщину рядом со мной. — Не обращай на него внимания. Он такой же угрюмый старик, как мой муж.
— Слышал! — рычат оба мужчины одновременно.
Смех Авы разносится по комнате, и даже Джиа едва заметно улыбается, наблюдая за семейными выходками. Мало кто посвящен в запутанную историю воссоединения семей Дашковых и Кавано – впечатляющий подвиг, совершенный смелой женщиной, стоящей перед нами. Детство Авы было мрачным полотном изоляции и насилия, запертой в доме мужчины, который годами выдавал себя за ее отца. Если бы Маттиас не потребовал Аву в качестве залога, когда этот мерзкий тип, воспитавший ее, его облапошил, она, возможно, никогда бы не узнала о своем истинном происхождении.
Есть те, кто позволяет себе быть жертвой, а есть те, кто выживает. Ава Дашкова превзошла простое выживание; она проявила себя как воин и грозный лидер. Она органично вжилась в роль Пахана, держась с достоинством и самообладанием, превратив свои прошлые травмы в основу личности, которой ей было суждено стать. Эта выдающаяся женщина достигла невообразимого — она объединила почти полдюжины разрозненных преступных семей, создав союзы там, где раньше была лишь вражда.
— Приятно познакомиться, — вежливо пробормотала Джиа.
— Садись рядом. — Прежде чем я успеваю возразить, Ава протягивает руку и хватает Джию за руку. Игриво потянув, она ведёт её к аккуратно расставленным столам, которые Лиам поставил для встречи. — Бейли сегодня работает, поэтому она не может быть здесь, а значит, среди всех этих неандертальцев мы только вдвоем.