Мой мозг знает, что я веду его за собой. Я знаю, что Бент испытывает ко мне чувства, которые переходят территорию дружбы, в то время как мои заканчиваются дружбой. И еще, есть часть, в которой я раздражаю Кингстона каждый раз, когда меня соблазняет его лучший друг. Я не хочу вбивать клин между ними, но с каждым днем все больше и больше кажется, что так оно и есть.
Дело в том, что Бентли стал мне небезразличен. Я искренне чувствую, что он может стать одним из самых важных людей в моей жизни, но не в том случае, если мы все испортим. Мы находимся на перепутье, и нам нужно решить, в какую сторону идти. Проблема в том, что мы испытываем сильное влечение друг к другу; оно ощутимо, почти так же сильно, как и мое влечение к Кингстону. Я не знаю, как достичь равновесия, а когда я танцую с Бентли, как сейчас, мне этого и не хочется.
У меня возникает момент дежа вю, когда эрекция Бента прижимается к моей спине. Мне так хочется протянуть руку назад и коснуться его, и я уверена, что он не будет возражать.
— Ты выглядишь чертовски сексуально в этом, Жас, — прошептал его глубокий голос мне в ухо, пока его пальцы заигрывают с коротким подолом моего красного мини-платья. — Я знаю, что напрашиваюсь на неприятности, но сейчас мне на это наплевать.
Мои веки трепещут, когда он вжимается в меня сильнее. Более целенаправленно. Черт, мальчик благословлен.
— Бентли… — это все, что у меня есть. Мой мозг, кажется, отключился.
— Ты даже не представляешь, как сильно я хочу содрать это платье, — его кончик пальца проводит по моей внутренней стороне бедра под растянутой тканью. — Прикоснуться к тебе. Провести языком по твоей киске.
Он так близко к моим трусикам — в этом платье это не такая уж сложная задача, учитывая, что материала совсем немного. Я такая мокрая, что атлас промок насквозь. Если бы его палец продвинулся еще на дюйм, он бы обнаружил это.
— Мы не должны, — мой голос хриплый, не очень убедительный. Я сомневаюсь, что он вообще слышит меня из-за музыки.
Бентли стонет, убирая руку и кладя ее на более приличное место. Мы зажаты в центре такого количества людей, что вряд ли кто-то видел его руку под моей юбкой. А если бы и увидел, то на этом танцполе пары занимаются гораздо худшим, так что я сомневаюсь, что им есть до этого дело.
— Ты не узнаешь, чего теряешь, если не попробуешь.
— Он твой лучший друг, — возражаю я.
Бентли проводит кончиком носа по моей шее.
— Да, и именно поэтому он знает, насколько это важно.
Я поворачиваюсь к нему лицом, но остаюсь рядом.
— А что в этом такого особенного? То, что ты хочешь трахнуть меня? Ты не совсем монах, Бент.
Он мягко улыбается мне.
— Даже близко не то, что я имел в виду, но это история для другого раза. Кроме того, я думаю, что для него будет хорошо, если мы устроим ему настоящую конкуренцию.
Я без особого энтузиазма ухмыляюсь.
— Не думаю, что Кингстон согласится.
Бентли наклоняется и прижимается губами к моему уху.
— Я знаю, что ты хочешь меня, Жас. Я готов поставить свой гребаный Порше на то, что твои трусики сейчас насквозь промокли. Твой клитор пульсирует, умоляя о внимании. Я едва успею прикоснуться к тебе, как ты уже кончишь на мой язык, — я задыхаюсь, когда его пальцы загибаются под подол моего платья, и он лижет раковину моего уха. — Дэвенпорт может думать, что у него есть на тебя права, но ты ни разу не подтвердила это. Разве это не так? Ты никому не принадлежишь?
— Я принадлежу себе.
— Именно. Так почему мы не можем…
Я впилась ногтями в его предплечья, когда почувствовала покалывание в задней части шеи. Инстинктивно, мои глаза сканируют комнату, ища причину. Когда я нахожу его, он идет к нам, как одержимый. Толпа расступается, отчаянно пытаясь избежать гнева Кингстона. Бентли напрягается, когда я поворачиваюсь и вырываюсь из его объятий.
— Черт, — бормочу я.
Когда Кингстон наконец доходит до нас, его глаза медленно путешествуют по моему телу, рассматривая мое маленькое платье и босоножки на каблуках. Его глаза такие горячие, что пламя лижет мою кожу везде, где касается его взгляд. После танцев и того, как Кингстон смотрит на меня сейчас, я понимаю, что Бентли прав. Если кто-то сейчас коснется моих бедер, я взорвусь в считанные секунды.
Кингстон еще раз осматривает меня, прежде чем впиться взглядом в парня позади меня.
— Что, блядь, происходит, Бент?
Я поднял руку, пытаясь разрядить обстановку.
— А теперь, держитесь, вы двое. Почему бы нам не…
— Рид! Что ты делаешь? Прекрати это!