Он пронзает меня предупреждающим взглядом.
— Не причиняй ей вреда.
— Не причиню
— А как насчет бизнеса? – спрашивает Киллиан.
Боже, вот и второй раунд.
Расправляя плечи, я говорю:
— Алексей получит пятьдесят процентов.
Киллиан моргает, глядя на меня, затем бормочет:
— Повтори.
— Алексей договорится с покупателями.
Взгляд Киллиан мечется между Уинтер и мной.
— Пятьдесят процентов?
— Ради его защиты и поддержки, да, – отвечаю я.
Я удивляюсь, когда Киллиан не взрывается от гнева, а вместо этого думает об этом, а затем бормочет:
— Господи. Четыре дня, и Ветровы и Козловы берут на себя всю власть. Вы, люди, не теряете времени даром.
— Время – деньги, – пожимаю я плечами.
— Кто будет проводить рейды и переговоры с повстанцами?
— Я буду.
— Мы будем, – перебивает Уинтер.
Мой пристальный взгляд падает на нее.
— У нас сейчас не об этом разговор. – Я снова обращаю свое внимание на Киллиана. – Я позабочусь о бизнесе с помощью Алексея.
— Удачи в попытках удержать этого человека подальше от бизнеса, – бормочет он.
Снова уголок моего рта приподнимается, и, считая разговор оконченным, я говорю:
— Время ужинать.
Когда Дана пытается встать с того места, где она сидела на краю кровати, Уинтер говорит:
— Не волнуйся. Я разложу еду по тарелкам и принесу вам.
Прежде чем мы выходим из комнаты, Киллиан бормочет:
— Возможно, она любит тебя, но тебе придется проявить себя передо мной.
— Конечно, – хихикаю я, беря Уинтер за руку.
Выходя из комнаты, Уинтер затихает, пока мы не добираемся до кухни. Я сажусь за стол и наблюдаю, как она начинает раскладывать по тарелкам баранину и овощи, приготовленные Даной.
— Я пойду с тобой на рейды, – ворчит она, бросая на меня свирепый взгляд.
— Это небезопасно, – констатирую я очевидное. – Я не смогу сосредоточиться на работе, пока ты там.
— Дэмиен, – огрызается она, ее руки замирают. – Я все сделала правильно во время нападения на Бланко. Я могу постоять за себя. Перестань пытаться держать меня взаперти на острове. Я этого не потерплю.
Видя огонь в ее глазах, я начинаю твердеть.
— Я трахну тебя на этом столе. Мне все равно, если Дана зайдет к нам.
Она издает недовольный звук через нос.
— Не меняй тему.
Поднимаясь на ноги, я подхожу, чтобы встать позади Уинтер. Я обнимаю ее и просовываю руку ей между ног.
— Ты знаешь, это возбуждает, когда ты борешься со мной. – Я целую шрам на ее шее, а затем сильно посасываю, когда начинаю массировать ее через одежду. – Тем не менее, ты бросаешь мне вызов при каждом удобном случае. – Двигая рукой вверх, я просовываю ее под ткань, а затем мой средний палец касается ее чувствительных нервов.
— Я пойду с…, – выдыхает она, кладя руки на стол и откидывая голову назад.
Свободной рукой я хватаю ее за волосы и начинаю массировать ее сильнее, лишь слегка касаясь ее входа.
— Дэмиен, – выдыхает она, начиная насаживаться на мою руку. – Пожалуйста, возьми меня с собой. – Ее бедра двигаются синхронно с моей рукой. – Пожалуйста. Пожалуйста. Пожалуйста.
Мои губы изгибаются в довольной ухмылке, когда я довожу ее до оргазма, а затем я шепчу ей на ухо:
— Ты не отойдешь от меня во время рейдов.
— Я не отойду, – затаив дыхание, соглашается она.
Я вытаскиваю свою руку из ее штанов и подношу средний палец к ее рту.
— Соси, принцесса.
Ее губы приоткрываются для меня, а затем ее язык кружится вокруг моего пальца, когда она пробует себя на вкус.
— Накорми Дану и Киллиана и поешь сама, чтобы я мог отнести тебя в постель, – приказываю я, снова занимая место за столом.
Уинтер одаривает меня очаровательной улыбкой, продолжая раскладывать еду по тарелкам.
Боже, эта женщина. Интересно, знает ли она, какую власть она имеет надо мной?
Глава 26
УИНТЕР
Отправляясь на поиски Дэмиена, я нахожу его в кабинете моего отца. Хмурое выражение омрачает его лицо, когда он смотрит на что-то на ноутбуке.
— Что ты делаешь? – спрашиваю я, обходя стол, чтобы посмотреть, на что он смотрит.
— Проверяю заданный аэропорт и прилегающие районы Сьерра-Леоне7 для следующего рейда, – бормочет он в глубокой задумчивости.
Я бросаю взгляд на карту, затем спрашиваю:
— Когда мы отправляемся?
Дэмиен смотрит на меня, и я вижу, что он все еще недоволен тем, что я иду с ним на рейды.
— Через три дня. Этим утром я установил контакт с повстанцами.
— Твой отец всегда говорил, что в алмазах Сьерра-Леоне есть что-то особенное, – внезапно говорит Киллиан, входя. – У них особый свет и окраска. – Киллиан садится, от этого движения на его лице появляется вспышка боли. – Мы уезжаем через три дня?