Прожигая меня взглядом: «Ты маленькая обманщица», Калин заталкивает меня в туалет.
О, черт, в мужской туалет.
– На выход! – скучающим тоном приказывает он парням, даже не сомневаясь, что его приказ будет тут же выполнен. – Быстрее!
Парни бежали так, что даже не потрудились выключить воду. Хорошо еще, что они в этот момент просто мыли руки, а не стояли над унитазами. Полагаю, им было бы сложнее бежать со спущенными штанами.
Затем я ощущаю то, что должна была заметить сразу. Калин опять пялится на меня.
О, еще мы опять одни.
– Знаешь, мне кажется, что ты врешь не мне, а самой себе. Ты смотрела на меня, поэтому и врезалась в дверь. Чего ты хотела? Чтобы тебя догнали? Остановили?
– Ты сейчас серьезно? Калин, тебе и правда надо показаться врачу. Не тяни с этим. Делаешь только хуже.
– И что, по-твоему, должен сделать врач?
– Не знаю. Сделает укол, и ты перестанешь всех ненавидеть?
– Никакой укол не спасет тебя, Николь.
Первое – он впервые назвал меня по имени. Это неожиданно. Странно. И даже немного сбивает с мыслей.
Второе – из всех людей на свете он ненавидит только меня.
Идея с врачом… Я не против попробовать. Гипноз, смирительная рубашка, таблетки, подавляющие эмоции. Мне просто нужно, чтобы этот человек наконец-то отстал от меня. От облегчения вздохну не только я, поверьте.
– Кажется, вчера ты меня не слушала.
Я не обращаю внимания на его слова и пытаюсь уйти, когда меня в грубой форме хватают и прижимают к раковине, становясь за спиной.
В отражении зеркала видна девушка, у которой от нервного шока дрожат губы, и парень, который с садистской усмешкой разглядывает ее волосы.
Я вырываюсь, но Калин сильнее.
– Тебя не должно быть здесь, – загробным голосом шепчет мне в ухо. – Я предупреждал, что моя реакция тебе не понравится.
– Наверное, я тебя удивлю, но существуют люди, которые плевать хотели на твои приказы! – зло выкрикиваю я в ответ. – Ты меня не запугаешь, Калин. Я не боюсь тебя и не боюсь того, что ты сможешь мне сделать.
– Тебе кажется, что всё это время я пытался тебя запугать?
Спиной я чувствую, как двигается его грудная клетка. Я чувствую лимонный запах со смесью чего-то сладкого и дурманящего. Меня должно тошнить только от того, насколько близко Калин опять ко мне подобрался, но меня наполняют совсем другие чувства.
– Отпусти меня.
– Это мы уже проходили.
– Тогда ты повторяешься.
– А ты дрожишь. И скажи, что хуже? Повторяться или дрожать от присутствия человека, которого, по твоим словам, для тебя не существует?
Самое сложное – это взять себя в руки в стрессовых ситуациях. Я могу здраво мыслить, но сложнее это делать, когда дьявол стоит за твоей спиной и провоцирует.
Мама.
Соня.
Это те люди, которые делают меня счастливой. Они приносят в мою жизнь радость, любовь и заботу.
Дом.
Место моего спокойствия и покоя.
Я выдыхаю, когда неожиданно начинаю успокаиваться. В этот момент я могу улыбнуться. Меня перестает волновать Калин, который с интересом наблюдает изменениями во мне. Да плевать на него. Кто он такой вообще?
И вот когда всё происходящее начинает казаться не таким уж пугающим, а наоборот, я спокойно разворачиваюсь, смотря прямо в лицо Калина.
– Хуже – повторяться. Ты бы знал, как мне уже надоели твои угрозы. Одна и та же песня, которая не меняется. Каждый день. Без изменений. Тебе самому не надоело? Мне вот уже становится скучно. Хоть бы фантазию проявил. Прошлый год был хотя бы веселым и полным приключений. А сейчас… Второй день ты заталкиваешь меня туда, где никого нет, и давишь. Может, пришло время показать тебе, как вести себя с людьми, которых ты терпеть не можешь?
– Думаешь, что у тебя получится что-то сделать мне?
Когда во мне столько смелости и злости, я могу сказать всё что угодно. Но под таким пронзительным взглядом сломается даже Железный человек.
До меня начинает доходить, что я, возможно, наговорила лишнего. Что игнор – это то, что помогает мне в борьбе с Калиным, а я опять срываюсь. Но сложно по одному щелчку выключить злость. Так не бывает. Поэтому…
– Тебе? Вряд ли. У меня нет столько сил и власти, чтобы сломать тебя. Но я могу пойти другим путем.
Теперь во взгляде парня читается интерес.
Неужели я смогла его чем-то заинтересовать?
Я осторожно кладу руки на его грудь и отодвигаю Калина от себя. Он смотрит на мои пальцы на своем теле, и его глаза чернеют.
Ох, перестаралась.