— Я бы сказала, что тебе повезло.
Уголки моего рта приподнимаются в улыбке, которую я изо всех сил пытаюсь сдержать, потому что я счастлив. Потому что мысли об Элле заставляют меня чувствовать себя счастливым.
Но Риа не выглядит такой уж счастливой от мысли, что я трахаюсь с кем-то еще. Но, опять же, она не кричит на меня, так что это хорошо, я думаю.
— Правда? — спрашивает она, прежде чем я успеваю придумать, что ответить.
Я поворачиваю шею, глядя на открытые балки потолка. Затем я выдыхаю.
— Это не имеет значения.
Она выдавливает из себя слишком громкий смех.
— Тогда почему ты не можешь ответить на вопрос, Маверик?
На секунду я подумал об Элле в лесу. Я думаю о своей руке на ее лице, я думаю о приливе силы, о контроле. Об освобождении от желания кого-то поиметь. Сделать больно кому-то, кто не был мной. Я думаю о том, как хорошо она чувствовала себя на моем члене. Как приятно было взять у нее что-то.
Я думаю о прошлой ночи. На моей кухне. На полу. Ее руки вокруг меня. Она не расспрашивала о моем брате, когда я просил ее не делать этого. Не смотрела на меня как на чудовище. Она не ненавидела меня.
Я моргаю, заставляя себя вернуться в эту комнату, с этой проблемой. По порядку, Мав.
— Нет, Риа, — заставляю я себя сказать. — Прошлой ночью я не трахался, — я не могу сдержать горький тон своего голоса, потому что чем бы мы с Эллой ни занимались прошлой ночью… это было противоположно траханью. А может, это было одно и то же — мы обнажили друг перед другом наши души. Всего на одну ночь. Было бы лучше, если бы меня просто трахнули, но я этого не говорю.
Тем не менее, Риа продолжает смотреть на меня.
— А как насчет предыдущей ночи?
Я чувствую, как сжимается мое нутро, а сразу за ним — прилив гнева. Я сказал ей, что женюсь на ней, чтобы избавить ее от неприятностей. Сказал ей, что прокляну всю свою жизнь, чтобы она выжила. Но я никогда не предлагал ей любви. И, черт возьми, я никогда не предлагал ей верность, я никогда никому не предлагал этого.
— Да, Риа, — я качаю головой. — Это, блядь, проблема?
Она встает на ноги, обхватывает себя руками и смотрит на меня, словно набираясь храбрости. Я вздрогнул, ожидая, что она закричит на меня.
— И ты думаешь, что если мы поженимся, если мы… если мы будем делать все то, что делает ваш культ, это будет нашей жизнью? Я, здесь, в подвале, пока ты трахаешься с кем попало…
— Тебя бы здесь не было, — пытаюсь перебить я, но она продолжает.
— с кем ты, блядь, захочешь? А что насчет меня? Могу ли я приводить сюда мужчин? Могу я их трахать? Не хочешь вместе позавтракать, Мав, пока мы отправляем их в путь? Может, собрать им ланчи на день? — она выглядит так, будто вот-вот разрыдается, и я не хочу иметь с этим дело. Но, к моему удивлению, ее голос только крепнет. — Кто она? — требует она. — Ты трахал ее раньше? Она смотрит на меня. — Я знаю ее?
Я чувствую, как моя кровь становится горячей, пот выступает на шее, и мне хочется что-нибудь сломать. Мои пальцы впиваются в мои руки, сильно.
— Это не твое гребаное дело.
— О-хо, — прошипела Риа, — так теперь ты ее защищаешь? — она качает головой, в расстройстве проводит пальцами по волосам. — Она, должно быть, что-то из себя представляет, Маверик, если так тебя завела.
Я не могу больше терпеть это дерьмо. Я знаю, что поступаю неправильно. Мне не нужно, чтобы она кидала мне это в лицо. Я делаю единственное, что, как мне кажется, я могу сделать, а она не делает это легче.
— Тебе что-нибудь нужно? — спрашиваю я сквозь стиснутые зубы, двигаясь к лестнице.
Она опускает руки и делает шаг ко мне.
— Не уходи, — шепчет она.
Я делаю еще один шаг в сторону от нее.
Она качает головой.
— Нет, Мав. Пожалуйста, не уходи. Прости меня, я…
— Прекрати извиняться передо мной! — кричу я на нее, мои руки сжались в кулаки. — И перестань умолять меня остаться!
Она замирает.
— Ты не хочешь меня, Риа, — говорю я ей, грудь вздымается. — Ты не хочешь меня, и я не хочу тебя. Мне жаль, что я втянул тебя в это дерьмо, но мы оба знаем, что между нами ничего не изменится. Может быть, однажды, — я сглатываю свои эмоции, прочищаю горло. — Может быть, однажды мы полюбим друг друга. Может быть, однажды мы сможем стать… чем-то большим. Но сейчас ты должна решить, что ты хочешь делать. Если я выпущу тебя отсюда, пройдет совсем немного времени, и за тобой начнут охотиться, Риа. Неважно, куда ты пойдешь.
Она просто смотрит на меня, ее золотые глаза полны боли.
— Но если ты хочешь… попытаться быть со мной, чем бы это ни обернулось для нас… просто скажи, и я сделаю это. Чего бы ты ни захотела, я сделаю это.