Думать о том, что бывший парень ее мамы сделал с ней… нет. Этого больше не случится.
— Она не хочет, — наконец продолжает Люцифер. Он кашляет, и это хриплый звук, как и его голос. Я держу глаза закрытыми. — Но она собирается, — он делает паузу, и я знаю, что он собирается сказать, еще до того, как он это скажет. — Ради меня.
Я вздыхаю, еще больше вжимаясь в сиденье, мои раны заживают, но все еще болят. Мне не нужно было звать отца Томаша обратно. Не нужно было снова погружаться в боль.
Элле и так достаточно боли. А то, что будет дальше, будет достаточно болезненным, чтобы это продолжалось всю мою гребаную жизнь.
— Она будет обижаться на тебя за это, — говорю я Люциферу, мой тон ровный. Братья говорят друг другу правду, и поскольку я не могу сделать это в отношении многих вещей, я должен хотя бы попытаться сделать это.
— Она хочет познакомиться с Финном, — еще один смех, полный укусов. — Почувствовать, каково это — быть рядом с ребенком.
Я знаю, что он игнорирует мой комментарий, но сказать на это нечего.
— Ты будешь хорошим отцом, — предлагаю я. Думаю, это правда. Возможно, властным и чрезмерно заботливым, но я знаю, что сколько бы винтиков у него ни было, как и у всех нас, он будет лучше наших отцов. Он будет делать все по-другому. Он будет любить всем сердцем, и он не заставит их выбирать между любовью и долгом. Он не позволит им втянуть девушек в игру, которая может стоить им жизни. А если это будет девушка, он никогда не оттолкнет ее.
Он будет хорошим.
По крайней мере, лучше, а это уже начало.
— Сомневаюсь, — говорит он равнодушно. — Но она наверстает упущенное. Она будет идеальной. Она и так идеальна.
Ты душишь ее. Она скучает по Джеремайе. Позволь ей поговорить с ним. Позволь ей уйти. Пусть живет. Давай выберемся из этого. Давай убежим от этого.
Найди ее письма.
— Так и есть, — соглашаюсь я. Я почти чувствую, как его глаза стреляют кинжалами в мою голову, но мне все равно. Сид идеальна. Идеально испорчена, как и все мы.
— Ты готов к Ноктем? — спрашивает он с укором, готовый сменить тему.
— Да.
— Как ты думаешь, что будет в этом году?
Я пожимаю плечами. Обычно это психоделики, много травки, пещера, замок или заброшенное здание, где на мили нет цивилизации. 6 высаживают нас на три ночи, забирают с восходом солнца на четвертый день. Мы должны сблизиться. Побороть своих демонов. Не убить друг друга.
Посмотрим, сбудется ли последнее в этом году.
— Ты отдаешь девушку до или после? — Люцифер нажимает, когда я не пытаюсь ответить на его предыдущий вопрос словами.
Может быть, он все-таки кое-что знает обо мне.
— Ты позволишь Сид оставаться дома? Ты доверяешь ей? — парирую я.
Он замолкает на минуту, на полосе взревел двигатель. Судя по звукам, я думаю, что это машина Эзры. Надеюсь, он не врежется в деревья за взлетной полосой.
— Я доверяю ей, — наконец отвечает Люци. — Я просто не доверяю ее никому другому.
Классический ответ обидчика, но я не могу говорить, поэтому держу рот на замке и ненавижу нас обоих за это.
— Так что ты собираешься с ней делать? — я поворачиваю голову, все еще прислоненную к его кожаному сиденью, чтобы посмотреть ему в лицо. Он почти не разрешает ей выходить из дома. Он до сих пор не купил ей машину. Я ни на секунду не верю, что он сможет спокойно оставить ее на три дня, не учитывая того дерьма, которое Джеремайя устроил в баре. С тех пор все стало хуже. Они больше ссорились. Бросали вещи.
Я знаю все это, а он даже не догадывается.
Он смотрит на меня, дым выходит изо рта. Он бросает сигарету, не отрывая от меня взгляда.
— Дополнительная охрана. И, возможно, если ты хочешь играть хорошо, ты мог бы попросить Рию прийти с ней охладиться.
В его словах звучит вызов, и я его заслуживаю. Я лгу ему о стольких вещах, и мне это не нравится. Он не знает, что у меня была Риа. Не знает, что я потерял ее.
Только Элла знает это.
Только Элла знает каждую мою чертову часть.
Я не отвечаю ему.
— Ты знаешь, что они будут искать ее, как только все закончится, — Люцифер хрустит костяшками пальцев. — Может быть, даже пока мы там, — его тон зловещий, и я знаю, что он не пытается навязать мне свою руку, но он прав. Они, вероятно, будут искать ее. Возможно, они уже нашли ее. А я слишком большой эгоистичный урод, чтобы что-то с этим делать.
Мой желудок бурлит при мысли о том, что могут сделать 6, пока нас нет дома: с Сид, Эллой и Риа, если они еще не нашли ее. Я постоянно напоминаю себе, что Элайджа лучше Лазара, но каждое заседание Совета показывает мне, что они все одинаковы.